Елена делает, как я прошу, и от ощущения ее пальцев на моей коже по моему телу пробегают горячие мурашки.

Не заботясь о том, что мы окружены семьей и деловыми партнерами, я прикусываю ее губы. Елена закрывает глаза, и тогда я заявляю права на ее рот. Я медленно умирал от того, что не брал то, что хотел на прошлой неделе.

Я дал ей время освоиться, привыкнуть к мысли о нас.

Но не более того.

Мой язык проникает в ее рот, а затем я пожираю ее. Я запоминаю сладкий вкус ее языка.

Я поднимаю обе руки и, обрамляя ее лицо, удерживаю ее на месте, пока мой голод растет.

Мой язык жестко гладит ее, клеймя своим.

Мои зубы впиваются в ее губы, заявляя на нее права.

Мои губы смакуют губы Елены, зная, что я никогда больше не попробую ничего такого же вкусного, как она.

Пальцы Елены запутываются в моих волосах на затылке, а затем она начинает целовать меня в ответ.

Над нами взрываются фейерверки, гости начинают аплодировать, а мне все равно.

Этот момент.

Целовать свою жену.

Это все, что имеет значение.

Из Елены вырывается стон, и я выпиваю его, как человек, умирающий от жажды.

Иисус, я хочу больше этих стонов.

Мы целовались прилично, и к тому времени, когда я заставляю себя прекратить поцелуй, мы уже на пути к грязному. Я еще раз прикусываю ее распухшие губы, а затем мы, затаив дыхание, смотрим друг на друга.

На этот раз нет ужаса, чтобы согнать волнение со щек Елены. Она не убегает от меня, и весь ад не вырывается на свободу. Вместо этого Елена смотрит на меня с удивлением, как будто я совершил какое-то чудо.

Мы просто смотрим друг на друга, а музыка продолжает играть. Гости продолжают наслаждаться приемом. Фейерверк исчезает в ночи.

Все во мне хочет затащить ее в нашу постель, чтобы я мог провести остаток ночи, претендуя на ее тело, но, зная, что для нее это слишком рано, я делаю шаг назад.

— Спасибо за танец.

— Угу, — бормочет она, все еще глядя на меня с тем же выражением удивления на лице.

— Продолжай так на меня смотреть, и я отправлю всех по домам и затащу тебя в постель, — предупреждаю я ее.

Это выводит ее из транса, и, нахмурившись, она бормочет.

— Тогда не целуй меня так.

Я издаю смешок.

— Ни за что.

Когда я беру ее за руку, я замечаю, как на ее губах появляется улыбка. Я веду ее обратно к тете Урсуле и оставляю ее в безопасности в обществе моей тети, пока я занимаюсь некоторыми гостями.

Когда я беру бокал шампанского с подноса официанта, Алексей подходит и встает рядом со мной. Его глаза сканируют мое лицо, затем он улыбается.

— Ты выглядишь счастливым, мой друг.

— Учитывая все дерьмо, с которым мы имеем дело, то да, — я делаю глоток шипучего напитка, — Тебе все нравится?

Он кивает, затем подходит Демитрий, чтобы что-то пробормотать ему. Взгляд Алексея останавливается на мне, затем он бормочет.

— Мы должны уехать. Ты понимаешь о чем я?

— Конечно, — я протягиваю ему руку, — Спасибо, что был моим шафером,

Он улыбается мне, прежде чем они с Демитрием выходят на веранду. Когда я оглядываюсь на гостей, то вижу идущего ко мне Тино.

Блять. Я ненавидел то, что он и Данте были здесь сегодня.

— Сынок, — насмехается надо мной Тино.

— Не называй меня так, блять, — рычу я на него, мгновенно разозлившись.

Наши глаза встречаются, и на мгновение мы смотрим друг на друга. Воздух начинает потрескивать от напряжения.

— Есть новости? — он наконец спрашивает.

— Нет, — даже если бы у меня были новости, я бы не поделился ими с ним.

На его губах появляется усмешка, затем он бормочет.

— Наслаждайся моей дочерью.

Я сжимаю челюсти и смотрю на него с неподдельной ненавистью, когда он уходит от меня.

Желая успокоиться, я бросаю взгляд туда, где женщины, и, увидев только тетю Урсулу, ставлю стакан на ближайший стол и подхожу к ней.

— Где Елена? — я спрашиваю, когда добираюсь до своей тети.

Она лучезарно улыбается мне.

— Она просто переодевается. Лео с ней.

Я мгновенно расслабляюсь, зная, что с Еленой рядом охранник.

Моя тетя обнимает меня за талию.

— Ты наслаждаешься своим вечером?

На моих губах появляется улыбка, когда я обнимаю ее за плечи.

— Да. Спасибо за прекрасную церемонию.

— Пожалуйста, но в следующий раз, когда будешь планировать вечеринку, удели мне больше времени.

Я издаю смешок.

— Хорошо, — видя, как счастлива моя тетя, я спрашиваю, — Ты все еще переезжаешь, да?

Она кивает.

— Твоя жена уже дала свое разрешение, так что ты не можешь сейчас передумать. Мы перевезем все мои вещи завтра.

Моя улыбка становится шире.

— Я рад это слышать. Мое сердце согревает то, что вы с Еленой ладите.