Я привычно смущаюсь и ловлю себя на том, что уже хочу вечер. Вот прямо сейчас. Откровение Серёжи никак не повлияло на нашу интимную и повседневную жизнь. Я всё также хочу его. Всё также краснею, когда он говорит какую-нибудь приятную пошлость.

— А потом ходить нормально не смогу? — дерзко уточняю.

— Кажется, кто-то испортил мою отличницу.

— Не знаете, кто бы это мог быть, Сергей Бармалеевич?

— Понятия не имею.

Серёжа целует меня, а затем всё-таки уходит.

Я еще какое-то время просто лежу в кровати и пялюсь в потолок. Не знаю, что нам там готовит будущее, но мы сделаем их всех. Сделаем так, что больше к нам никто не сунется.

Днем, когда я наконец-то заставляю себя подняться с кровати, решаю, что нужно бы отправить маме ее ежедневник. Он и так уже слишком долго пылится на моем письменном столе. Совсем не до него было, да и мама и не напоминала о нем. Но я даже не успеваю его взять, как слышу звонок смарта.

Ксюша.

На меня тут же обрушивается многотонное чувство вины. Серёжа убежден, что всё это подстава, а я… я не могу себя в этом переубедить. Не получается. И… Помочь я ей тоже ничем не могу. Доводы о том, что Ксюша давно не маленький ребенок и у нее должна быть своя голова на плечах, действуют плохо. Вот такой я человек. Серёжа прав — нельзя быть настолько мягкой и принимать чужие проблемы близко к сердцу. Но, кажется, с перевоспитанием характера уже поздно.

Поднимаю трубку, но даже не успеваю ничего толком сказать.

— Эдка, ты мне нужна, — сквозь слезы и всхлипы слышу голос подруги.

— Что случилось?

Она начинает рыдать в трубку.

— Ксюша, пожалуйста, успокойся. Скажи мне, где ты сейчас?

— У него дома, а он… он, кажется, ушел. Я встать не могу.

— Он тебя снова избил? Позвони в «скорую», слышишь меня?

— Они же начнут спрашивать, что со мной. В полицию позвонят. Я… Я боюсь, он меня убьет, Эдка. Решит, что я настучала. Пожалуйста, забери меня отсюда.

Я начинаю расхаживать по комнате. Мой испуганный взгляд мечется из одного угла, в другой.

— Попытайся подняться. Оденься и попытайся выйти на улицу. Я тебя там встречу и адрес! Адрес мне скажи!

— Хорошо. Да, сейчас. Попробую.

Сквозь всхлипы и рыдания Ксюша диктует мне адрес.

***

Грише я не говорю, куда именно мы едем. Просто коротко отвечаю, что к подруге. А дальше… Дальше я отвезу Ксюшу в больницу. Знаю, что Серёжа будет меня ругать, но я не могу оставить ее в беде.

Нервно кусаю губы и тереблю конец своего пояса от пальто, пока мы пробираемся по пробкам. Мой телефон почти всегда остается с горящим экраном. Я каждые несколько минут скашиваю на него взгляд, чтобы не пропустить звонок. Но он молчит. И я не знаю, хорошо это или плохо. Надеюсь, что всё-таки хорошо. Ксюша просто собирается, и мы вот-вот встретимся.

Машина тормозит у обычного высотного дома. Это не элитный ЖК с постом охраны, личной парковкой и убранными газонами. Не знаю, почему я обращаю на это внимание. Наверное, потому что этот дом кажется слишком скромным. Ксюша так хвасталась, что у нее всё самое лучшее и вообще Лёша ее очень балует. Да он и сам всегда одет с иголочки. Один его пиджак, наверняка, стоит как весь мой гардероб. Навряд ли он живет здесь.

Быстро выхожу из машины и прошу Гришу меня подождать. Мое волнение усиливается, потому что я нигде не вижу Ксюшу.

Только бы она была в сознании.

Перед глазами снова и снова вспыхивает ее разбитое и оттекшее лицо. Что он в этот раз с ней сделал? Как сильно избил?

Не выдерживаю и набираю номер подруги. На улице довольно прохладно, а мне жарко. Очень. Неприятно. Я слишком волнуюсь. Слишком много адреналина в крови. Так нельзя, я понимаю. Нужно успокоиться. Стараюсь дышать медленно и глубоко, но работает этот прием на слабую троечку.

— Эдка, — тихо произносит Ксюша.

— Я уже на месте. Ты где?

— Не могу подняться. Нога не сгибается.

Я едва сдерживаюсь, чтобы грязно не выругаться. Совсем как Серёжа.

— Какой подъезд, этаж и номер квартиры?

— Второй. Пятый этаж. Сто шестая квартира, — еле выдавливает из себя подруга и начинает рыдать.

— Сейчас буду.

Подъездные двери здесь без домофона, но мне крупно везет, когда из второго выходит какая-то женщина с собачкой.

— Придержите, пожалуйста!

Я влетаю в подъезд. Бросаю короткий взгляд на лифт и решаю, что сама поднимусь быстрей. Физрук мог бы мной гордиться, потому что я оказываюсь на пятом этаже за рекордно короткий промежуток времени. Перед глазами всё чуть-чуть плывет, пока я ищу нужный мне номер квартиры. Сердце бешено колотится, в боку колит и першит в горле. Нахожу сто шестую. Нажимаю на ручку, она тут же поддается мне.