Мне очень хотелось повернуться и посмотреть в его красивое лицо. Но я не могла. Агония была слишком сильной. Пока мне достаточно его голоса.

– Я скучаю по тебе.

С моих губ сорвался всхлип, и я зажала рот рукой. Боль в груди была невыносимой. Я не могла больше терпеть ни секунды.

– Не надо, – заплакала я. – Дилан, пожалуйста, не надо.

И тут же пожалела, что сказала ему это. На самом деле я хотела, чтобы он скучал по мне. Но не могла слышать об этом.

– Ты куда-то ходила сегодня вечером?

Чувство вины поднялось прямиком из желудка, прокладывая путь в рот. Оно имело привкус желчи.

– Да, – ответила я.

– Этого я и хочу, – услышала я его слова. – Потому что сегодняшний вечер был мгновением. Как и вчерашний, и позавчерашний. Хочу, чтобы ты праздновала каждую веху, каждую победу, Аликс.

Роуз бы такое предложение понравилось. Она не прочь праздновать что угодно, особенно прогресс. Это точно ее отвлечет, и она перестанет каждую секунду тревожиться обо мне.

– Ты сделаешь это для меня?

– Попробую, – ответила я, покачав головой, чтобы убедиться, что все правильно поняла.

– Пообещай мне, Аликс.

Я сжала подушку обеими руками:

– Обещаю.

– Тогда я пожелаю тебе спокойной ночи.

– Нет! – Горло сдавило так, что сглотнуть получилось с трудом. – Не уходи.

Спиной я ощутила тепло. И животом тоже. Дилан обнял меня, и в моем теле воцарилось спокойствие.

– Спокойной ночи, – прошептала я.

Засыпая, я мысленно прокручивала в голове произошедшее. Каждую секунду. Каждую деталь. Сохранила все это. Пускай завтра и настанет новый день, он ничем не будет отличаться от сегодняшнего. Ведь Дилан снова вернется домой.

Наши дни

Три с половиной мили. Вот сколько мы с Роуз проехали в надежде найти Аликс. Я не сводил глаз с экрана телефона, наблюдая за маршрутом, по которому нас вез водитель, отсчитывая секунды до прибытия в пункт назначения. Мне нужно знать, что она в безопасности. В противном случае надо вызвать полицию. От гребаной неизвестности у меня внутри все переворачивалось.

По дороге Роуз объяснила мне, что я увидел дома у Аликс. Разложила по полочкам. Жаль, что Аликс не рассказала мне сама. Мне бы очень хотелось, чтобы она впустила меня в свою жизнь, позволила взглянуть на то, что таится в глубине. Почему она исчезала каждый раз, когда надвигалась буря. Как тяжелая форма посттравматического стрессового расстройства поедала ее живьем изо дня в день. Но я понимал, почему она не обмолвилась ни словом.

Травму нелегко обсуждать. Мне это известно не понаслышке. Моя случилась много лет назад, а у Аликс все очень свежо. Время укротит ее демонов, дайте только срок. Но они все равно останутся и будут поблизости до конца ее жизни. Однако их клыки притупятся – и когти тоже.

Догадываясь, что мы остановимся, я выглянул в окно и спросил Роуз:

– Ты правда считаешь, что она здесь?

Я не сомневался в ее осведомленности. Роуз определенно знала свою подругу лучше меня, но это место чертовски далеко от дома Аликс. Да еще треклятый ливень. У нее с собой ни мобильного, ни сумочки, так что ей оставалось одно – идти пешком.

– Если ее здесь не будет, позвоним в полицию, – пообещала Роуз. – Тогда я начну волноваться по совершенно другим причинам.

Натянув на голову капюшон, я открыл дверь и заставил себя выйти из машины. Дождавшись, пока то же сделает Роуз, захлопнул за ней дверь, и мы вместе зашагали к входу. Она подняла задвижку, чтобы открыть ворота. Она вела нас по мощеной тропинке. Единственным звуком был шум дождя. Я слишком глубоко погрузился в свои мысли, чтобы разговаривать. В голове крутился водоворот вопросов.

Чтобы хоть немного их унять, я сосредоточился на своих шагах, думая о том, что дорога кажется бесконечной. Земля под ногами была неровной. Мы вскарабкались на несколько холмов, куда-то повернули. Когда достигли вершины, откуда открывался вид на территорию, обнесенную массивной оградой, Роуз объявила, указав рукой:

– Она вон там.

Из-за стелющегося в низине тумана я ничего не смог различить. Но через несколько мгновений призрачная завеса чуть приподнялась, и я увидел лежащую на земле фигуру. Не медля ни секунды, я со всех ног бросился к Аликс. Приблизившись, я лучше рассмотрел очертания ее тела. Она подтянула колени к груди, а ее голова покоилась на руке, как на подушке.

Подскочив к Аликс, плюхнулся на колени и коснулся рукой ее спины.

– Малышка?

Она не шелохнулась, даже когда я ее потряс. Не произнесла ни слова. Черт возьми, Аликс, вернись ко мне! Взяв ее под мышки, я приподнял ее и прижал к груди, как ребенка.

– Аликс, ты меня слышишь?

Дождь лил на нас обоих. Над головой гремел гром. Ее кожа была ледяной, пульс замедленным. Она промокла до нитки.

– Все будет хорошо, – заверил я.