Молодая работница кофейни широко улыбнулась Верту, и Алиса не удержалась и фыркнула. Знала бы дурочка в клетчатом фартуке, что в любой момент этот парень может приставить к боку заряженный пистолет, не строила бы ему глазки.

— Ванильный макиато, — ответил Верт.

— Любитель сладенького? — Алиса не смогла упустить язвительный смешок.

Верт не обратил внимания на её тон, полный сарказма. Он приподнял уголок рта, и Алисе показалось, что слова с особым привкусом слетали с его языка.

— Если тебя этотаксильно волнует, то мы можем поехать ко мне домой, и я угощу тебя сладеньким. А потом ты меня. А потом мы друг друга в позиции шестьдесят девять.

— О, Боже, замолчи, — прошипела Алиса. — Ты не в моём вкусе.

Она почесала кончик носа, и Верт усмехнулся, осуждающе покачав головой. Он достаточно хорошо знал психологию жестов и основы физиогномики, чтобы быть точно уверенным — в этот момент девчонка врала.

— Ты так часто это повторяешь, что у меня складывается иное мнение…

— Твоё мнение ошибочно. Видеться с тобой у меня нет никакого желания, — Алиса нервно поправила тёмную прядь и провела ладонью по шее. — Лучше давай перейдём к делу.

Стараясь, чтобы её голос звучал, как можно спокойнее, Алиса объяснила Верту, что ему нужно сделать. За мгновение ехидная насмешка сошла с лица Блэквуда, и он стал привычно серьёзным.

— Думаешь, мачеха представляет угрозу для тебя или твоего отца? — спросил Верт, хотя заранее знал ответ. Ради больших денег люди готовы пойти на многое.

— Если эта су… то есть Франческа, подкупила врача, кто знает, на что она ещё способна. Никто не должен быть в курсе, что папу выписывают из клиники на этой неделе. Я арендовала дом для отца, наняла сиделок и заказала оборудование в тайне от мачехи.

Верт пристально смотрел на Алису, затем перевёл задумчивый взгляд на окно, за которым продолжал идти снег. Когда он вновь взглянул на девушку, то столкнулся с карими беспокойными радужками.

— Надеюсь, ты расплачивалась наличкой?

— Франческа ограничила мне доступ к счетам отца. Пришлось продать мою машину, чтобы расплатиться за аренду дома за полгода, — Алиса нахмурилась, вспоминая, каким способом совершала остальные покупки. — Но оборудование я оплатила остатком на карте.

— Это плохо, — Верт неодобрительно покачал головой. — Если не хочешь быть отслеженной — всегда расплачивайся наличными.

— Вряд ли мачеха станет отслеживать мои покупки. Она считает, что я трачу деньги на клубы и прочую ерунду.

— Ты слишком поверхностна, Алиса. Никогда не недооценивай своего врага.

Алиса театрально закатила глаза. Какого чёрта этот напыщенный болван умничает? Какого чёрта учит, как совершать покупки, как вести дела? Что он вообще может знать и уметь, кроме, как размахивать заряженной пушкой и водить машину на предельно высокой скорости?

Самоуверенный кретин.

— Я не нуждаюсь в твоих советах, — огрызнулась Алиса и надменно произнесла. — Единственное, о чём я тебя прошу — это поговорить с доктором Вудстоком. Ты должен сделать это завтра, а на сегодня ты свободен.

Услышав слова Алисы, Верт едва сдержал раздражённый вздох. За считанные секунды в его воображении вспыхнула картина. Как он резко поднялся со стула и схватил девчонку за затылок. Как крепко сжал волосы и выгнул тонкую шею. Так, чтобы, нависая над ней, он смотрел сверху вниз в её глаза, замечая, как в карих радужках зарождается страх. А затем он скрутил бы её руки и нагнул, прижав щекой к стулу. Алиса бы оказалась в двусмысленной перед ним позе, но так даже лучше. С особым наслаждением он бы склонился к ней, слушая её прерывистое взволнованное дыхание, и в самое ухо медленно и вкрадчиво произнёс, как ей следует с ним разговаривать.

— Ваш макиато.

Официантка поставила перед ним чашку, и он отстранённо поблагодарил работницу, не прерывая зрительный контакт с Алисой. Та смотрела на него со свойственной ей смелостью, даже дерзостью, и Верт тяжело вздохнул. В карих глазах не было ничего, кроме неприкрытого хамства, и желание проучить девчонку зашкаливало. Он без проблем удалит записи с камер видеонаблюдения, но что делать с посетителями?

Верт огляделся по сторонам. В кофейне было слишком много народу. Слишком много свидетелей, чтобы преподать девчонке урок вежливости.

— Ты немного не в том положении, чтобы позволять себе так со мной разговаривать. Ты сама призналась, что тебе больше не к кому обратиться, а я могу отказаться от дела. У меня есть проблемы, но не с деньгами, — как можно спокойнее произнёс он. — Чтобы я больше не слышал от тебя подобный тон, это понятно?

Алиса молчала, прожигая взглядом сидящего напротив неё парня. Ей хотелось вскочить со стула и всадить вилку и нож в наглые серые глаза. Но Верт ничего не подозревал и попивал кофе, всем своим видом выражая вселенское спокойствие.

— Алиса, я задал вопрос.

— Хорошо, — наконец выдавила она. — Если у тебя нет проблем с деньгами, почему ты согласился на мою просьбу?