– Что ты, я просто ангел! – с ухмылкой произношу я, опрокидывая рюмку и поднимая ее в воздух перед Фрэнки.

Лакричная самбука обжигает горло. Мерзкая хрень.

Пригубив свою порцию самбуки, Фрэнки присаживается на диванчик рядом с Лукой, а босс, ухмыляясь, толкает меня локтем. Проследив за его рукой, я замечаю, что он указывает на трех едва одетых женщин с явно искусственными сиськами, выставленными напоказ, которые направляются к нам.

– Вы серьезно?

– С каких это пор ты не хочешь трахаться? – спрашивает Лука, приподняв бровь.

Хороший вопрос. Кажется, с тех пор как в мою жизнь вошло мое солнышко, после поцелуев с которым мне стало неинтересно проводить время с другими женщинами. Я старался отвлечься, но ничего не помогает, и мысли о Мэдди все равно возвращаются.

– Просто сегодня я не в настроении, – пожимаю я плечами, избегая его взгляда.

– Херня! Это все из-за Мэдди?

– Нет, – лгу я, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

Лука с улыбкой похлопывает меня по руке.

– Грейсон оказался настоящим подкаблучником, кто бы мог подумать!

Фрэнки поворачивает ко мне голову и хихикает.

– Тогда кто же она? У нее есть хорошенькие подружки? – интересуется он, игриво приподняв брови.

– Заткнись! – резко отвечаю я.

– Ну что ж, мне больше достанется, – говорит Лука, обращая внимание на девушек, которые уже подходят к нашей кабинке.

Две брюнетки без колебаний присоединяются к Луке и Фрэнки. Они с радостью устраиваются у них на коленях, наслаждаясь общением. Блондинка, остановившаяся напротив меня, одета в самое облегающее и короткое платье, которое только можно представить. Ее грудь буквально вываливается из декольте, когда она, прикусив губу, опускается на диван рядом со мной.

– Прости, милая, не сегодня, – говорю я, и она обиженно надувает губы.

Игнорируя мою просьбу, она устраивается у меня на коленях, прижимаясь своими искусственными сиськами прямо к моему лицу. Бесспорно, она привлекательна, но той единственной блондинки, которую я хотел бы видеть у себя на коленях, здесь нет.

– Я могу тебя убедить, – тихо шепчет она мне на ухо, но я отворачиваюсь.

Внезапно мне кажется, что температура воздуха меняется, а мое сердце начинает биться так сильно, будто я переживаю сердечный приступ.

Единственный раз, когда я испытывал нечто подобное, был… о черт, Мэдди.

– Я же сказал «нет»! Проваливай! – Закрыв глаза, я молюсь, чтобы Мэдди не увидела, что происходит, однако, когда девушка наконец осознает ситуацию и отстраняется, в дверях уже стоит мое солнышко.

– Да пошел ты! – с раздражением произносит блондинка, проносясь мимо Мэдди, выражение лица которой… не сулит ничего хорошего.

Она грустно улыбается мне, а затем разворачивается и уходит.

Блять, блять, блять!

Я грохаю кулаками об стол, и алкоголь из бокалов разливается, а Лука в испуге отшатывается в сторону.

– Ради всего святого, Грейсон, догони свою девчонку, пока ты никого не убил.

Я вскакиваю на ноги и бегу за ней, понимая, что могу совладать со злой Мэдди, даже с разъяренной, но не с обиженной.

Я пробираюсь сквозь толпу, ищу глазами длинные светлые локоны и вскоре замечаю Мэдди, стоящую в объятиях другого мужчины. Ее голова откинута назад, рот широко открыт, и другой мужчина вливает в него прозрачный алкоголь, попутно щупая ее за задницу. В гневе я приближаюсь к ним, стиснув кулаки. Мне приходится призвать на помощь всю свою силу воли, чтобы не задушить ублюдка, который лапает мое.

Подойдя еще ближе, я громко прочищаю горло.

– Привет, Грейсон, это… – Она приподнимает бровь и смотрит на этого урода.

– Мейсон.

– Ах да, Мейсон. А это мой друг Грейсон.

Парень кивает и притягивает ее к себе еще ближе.

Даже не надейся, придурок.

– Иди сюда, Мэдди, – зову я, и ее глаза расширяются.

Хотя она и не двигается с места, ее маленькое черное платье не может скрыть бурю эмоций, которая бушует внутри. Это заметно по тому, как она сжимает бедра.

– Не сейчас, Грейсон, – резко отвечает она, но в ее голосе проскальзывает легкая дрожь.

– Это была не просьба, солнышко, – говорю я, наклоняясь ближе.

Осознав мое настроение и понимая послание, этот мудак отступает в сторону. Стремительно сократив расстояние между мной и Мэдди, я прижимаю ее спиной к барной стойке и обхватываю руками, словно заключая в клетку, ощущая, как ее сладкий цветочный аромат успокаивает меня.

– Ты идешь со мной, – рычу я, – немедленно.

Она приподнимается на цыпочки.

– А ты заставь меня.

Ну вот, началось.

– Ты пожалеешь, – тихо произношу я, и она поднимает подбородок, но красный румянец, который окрашивает шею, выдает истинные чувства. Моя плохая непослушная девочка хочет, чтобы ее наказали?

К черту!