Поднявшись с кровати, я подхожу к комоду. За годы жизни с неряшливой Сиенной я привыкла к тому, что все вокруг напоминает последствия бомбардировки. А тут приятно посмотреть: вся одежда чистая и аккуратно сложена в стопки по цветам. Возможно, я ошибалась насчет Грейсона?

Я надеваю одну из его черных футболок. Я не низкая, но она все равно сидит на мне как платье. В соседней комнате я обнаруживаю ослепительно белую ванную, из панорамных окон которой открывается великолепный вид на город. Любуясь этой картиной, я понимаю, что не подозревала, насколько богат Грейсон. В дальнем углу я замечаю великолепный душ с водопадом, однако, не желая злоупотреблять гостеприимством, быстро умываюсь, чищу зубы и, привлеченная доносящимися с кухни звуками, направляюсь туда.

– Блять, где же эта чертова лопатка? – восклицает Грейсон, а я сажусь на барный стул и молча наблюдаю за ним.

Увлеченный поисками лопатки в ящиках и шкафах, он даже не замечает моего присутствия.

– Доброе утро! – радостно восклицаю я, и взволнованный Грейсон, в одних трусах, поворачивается ко мне.

Я не могу отвести взгляд от его тела, разглядывая каждый мускул и каждую темную татуировку, покрывающую руки и грудь. Подождите, у него проколот сосок? Облизывая губы, я представляю, как кусаю его пирсинг. Боже, у него идеальное тело!

– Доброе утро, солнышко! – Он приветствует меня одной из тех ослепительных – и раньше таких ненавистных – улыбок, от которых у меня теплеет в животе и предательски увлажняются трусики.

– О, так я тоже завтракаю? – деланно удивляюсь я. – Я думала, ты ни с кем не ночуешь и завтракаешь в одиночестве. Боже, я, должно быть, действительно особенная, – говорю я, одаривая его дерзкой улыбкой.

– Ммм… – Это все, что он произносит, прежде чем вновь сосредоточиться на сковородке.

Это кажется странным.

Внезапно на столе начинает вибрировать телефон.

– Это твой, – говорит Грейсон.

Боже, я даже не подумала о том, чтобы выключить телефон!

Я наклоняюсь и беру его в руки, и на экране появляется имя Грегори.

Черт!

– Привет, Мэдди! Как дела? – интересуется он, когда я беру трубку.

– Я в порядке, спасибо. А ты?

– Тоже.

Грейсон резко поворачивает голову, вероятно услышав в трубке мужской голос, и пристально смотрит на меня, а затем… Черт, негодник нарочно кашляет, чтобы этот звук точно услышали.

– Где ты? – спрашивает Грегори.

– Э-э, я провела ночь у своего друга.

– У какого друга?

Мне не нравится, к чему все идет.

– У Грейсона.

– Мне казалось, ты его не выносишь?

– Вчера я слишком много выпила и не смогла бы добраться до дома самостоятельно, поэтому он отвез меня к себе.

– Я думал, ты пошла ужинать с родителями.

Упс!

– Конечно я ходила. Может быть, мы увидимся позже? – тороплюсь я сменить тему.

– Да, ты любишь итальянскую кухню? – вздыхает он.

– Звучит заманчиво. Тогда до скорой встречи.

Пока я размышляю, как мне теперь смотреть Грейсону в глаза, он спрашивает:

– Ты все еще ненавидишь меня, солнышко? Я думал, что бессчетное количество раз, когда ты выкрикивала мое имя прошлой ночью, говорит об обратном.

– Не напоминай, – отвечаю я.

Грейсон ставит передо мной тарелку с омлетом, от запаха которого у меня урчит в животе, и я понимаю, как сильно проголодалась.

– Спасибо, – произношу я, с жадностью принимаясь за еду. Как только первый кусочек оказывается у меня во рту, я не могу сдержать стон наслаждения.

– Да, все именно так и было. М-м, Грейсон, еще, пожалуйста, – передразнивает он, а затем берет свою тарелку и, отодвинув барный стул, ставит его рядом со мной.

Через мгновение он уже все съедает.

– Я чувствую себя виноватой, – признаюсь я, опуская глаза.

У нас с Грегори было всего несколько свиданий, но все же меня не покидает чувство вины.

– За что?

– Возможно, из-за того, что сплю с тобой, вместо того чтобы постараться лучше узнать Грегори.

– Ты трахаешься с Грегори? – напряженно спрашивает Грейсон, – И хочешь продолжать это делать?

Я никогда не спала с Грегори и не планирую. Однако Грейсону не стоит об этом знать, ведь наши отношения были лишь кратковременной связью на одну ночь.

– Позволь мне прояснить одну вещь, солнышко. Если ты хочешь, чтобы я продолжал тебя трахать так, чтобы ты видела звезды, то ни один другой мужчина не должен к тебе прикасаться. Я. Не. Делюсь.

Почему, черт возьми, эти слова меня так заводят?

Его теплое дыхание щекочет кожу под моим ухом, и мне приходится собрать всю волю в кулак, чтобы не обвить его ногами и не умолять взять меня. Однако я понимаю, что не должна так поступать, ведь вряд ли такой мужчина, как Грейсон, планирует строить долгосрочные отношения. Поэтому я закрываю глаза и вздыхаю, не в силах поверить, что была настолько глупа, чтобы попасться на его уловки. Мне следовало бы догадаться, что после того поцелуя я уже не смогу остановиться.

– Я думаю, что наш секс был всего лишь на одну ночь, – тихо произношу я.

– Хорошо, – отвечает он, оттолкнувшись от стойки.