Когда Грейсон снова поднимает на меня взгляд, его челюсть сжимается, но, не говоря ни слова, он качает головой и быстро уходит по коридору.

Задумавшись о том, как добраться до дома в таком виде, я беру со стойки свой телефон и быстро пишу сообщение ассистентке, сообщая ей свое местоположение.

ЭВИ:

Я буду через 15 минут. Мэдди, у меня столько вопросов!

О черт!

– Грейсон! – зову я, чувствуя, что сегодня у меня нет сил бежать за ним, потому что моя голова пульсирует от боли, а все тело до сих пор ломит.

Но он не отвечает.

– Я ухожу, увидимся позже.

Снова не получив ответа, я вздыхаю и, убрав телефон в сумку, медленными и неуверенными шагами направляюсь к лифту. Я уже собираюсь нажать на кнопку вызова, как вдруг его рука накрывает мою и тянет меня назад.

– Какого хрена? – восклицаю я, когда Грейсон поворачивает меня к себе. Его лицо выражает страдание, он выглядит почти измученным.

– Это ни хрена не хорошо, – говорит он.

– Что именно? – спрашиваю я, приподнимая подбородок.

Сегодня у меня нет времени на его переменчивое настроение.

– Не думаю, что могу позволить тебе уйти. Я не могу допустить, чтобы тебя трахал кто-то еще, Мэдди.

Он наклоняется, прижимая лоб к моему, и его признание проникает в самую душу, лишая меня возможности дышать. Глубоко внутри я тоже не хочу, чтобы это заканчивалось. Я осознаю, что Грегори не тот, кто мне нужен. Он милый и надежный человек, на которого можно положиться. Однако он не способен зажечь во мне то пламя, которое пробуждает Грейсон. И разве это плохо, когда девушка иногда позволяет себе делать то, что хочет?

Поэтому я обхватываю его щеки ладонями.

– Предлагаю сделку, – говорю я, слегка отстраняясь от него. – Мы продолжим наши отношения, чем бы они ни были, и не будем спать с кем-то еще. Однако я по-прежнему буду ходить на свидания. Никто не прикоснется ко мне, но, если я найду достаточно хорошего парня, мы с тобой наши отношения прекратим.

– Это значит, что я могу трахать тебя где угодно и когда угодно?

Я киваю.

– Сейчас? – спрашивает он, прикусывая мою нижнюю губу и нежно скользя пальцами под подол футболки.

Вот черт, Эви.

Он поднимает бровь, когда я отталкиваю его.

– Мне нужно написать подруге, – говорю я, роясь в сумке и доставая телефон.

Решив, что обязательно отвечу на ее вопросы позже, я пишу Эви сообщение, в котором прошу не беспокоиться. Но тут на мой телефон приходит новое сообщение, и Грейсон наклоняется ближе к экрану.

ГРЕГОРИ:

Я забронировал столик на семь часов вечера в ресторане «У Рики».

– Как оригинально! – с явным сарказмом произносит Грейсон.

– Ну конечно! А куда бы ты меня пригласил, если бы мы встречались?

Как только Грейсон начинает обдумывать вопрос, я сразу же сожалею, что задала его.

– А где ты всегда хотела побывать?

– В Лондоне.

– Вот тебе и ответ.

– Грейсон, свидания проходят иначе. Ты не можешь просто летать со своим партнером по всему миру. Ресторан – тоже неплохой вариант.

– Мне кажется, солнышко, что ты ошибаешься. Если мужчина искренне хочет тебя, то он не отступится, пока не получит желаемого. Он положит весь мир к твоим ногам и ни перед чем не остановится, лишь бы увидеть твою улыбку. Он будет боготворить тебя. – Грейсон приближается ко мне, и я инстинктивно прижимаюсь спиной к двери лифта. – Он будет стремиться обладать тобой всеми мыслимыми и немыслимыми способами. – Когда он говорит это, меня охватывает трепет. – Именно так я бы и поступил, – добавляет Грейсон, прежде чем прильнуть своими губами к моим.

Он словно проникает в каждую клеточку моего тела, забирает все, что хочет, и я позволяю ему делать это. Нас прерывает неожиданный громкий звонок в его кармане.

– Блять, – бормочет он, доставая телефон. – Подожди минутку, я должен ответить, – говорит Грейсон, целуя меня в нос, и мои щеки начинают болеть от чертовски широкой улыбки.

– Лука, – приветствует он.

Я стою, все еще прислонившись к двери и пытаясь отдышаться, но гневный рык Грейсона заставляет меня подпрыгнуть от неожиданности.

– Что, на хрен, значит «он мертв»? Как это могло произойти?

На мгновение я забыла, кто он, чем занимается и насколько опасна его работа. Но теперь в моей голове звучит лишь тихий шепот: «О боже, мне нужно уходить».

Грейсон поворачивается ко мне с пылающим гневом в глазах.

– Мне нужно уехать, и по дороге я могу подвезти тебя до дома.

– Хорошо.

Его взгляд скользит по моему телу, а в следующий миг он уже подхватывает меня на руки и заходит в лифт.

– Ты в порядке? Что случилось?

– Они убили Нико и просто оставили его изуродованное тело на улице у ворот Луки.

– Мне очень жаль. Это ведь Нико нашел меня в тот день, когда Сиенну похитили, и привел к тебе?

Грейсон кивает.