– Что ты собираешься делать? – спрашиваю я, поскольку, несмотря на страх, любопытство берет верх.

– Выследить их и приговорить к медленной и мучительной смерти.

– Грейсон, прошу тебя, будь осторожен. Обещай мне.

– Не стоит беспокоиться обо мне, – говорит он, удивленно приподнимая бровь. – Я знаю, что делаю.

– Нет, пообещай мне.

Он вздыхает, и его рука на моей талии слегка сжимается.

– Обещаю.

– Спасибо, – говорю я, нежно целуя его в заросший щетиной подбородок.

Мы подъезжаем к моему дому в тишине. Когда Грейсон останавливается, я тянусь к дверной ручке, но внезапно он обнимает меня за шею и поворачивает к себе лицом.

– Я напишу тебе позже, хорошо?

Я киваю и с некоторой неохотой открываю дверь, а холодный ветер, проникающий под футболку, напоминает мне, что я не надела трусики.

– Эй, а прощальный поцелуй? – спрашивает Грейсон с легкой ухмылкой, и я на четвереньках забираюсь на пассажирское сиденье.

Он тяжело вздыхает, но я прерываю поцелуй и, улыбаясь, выхожу из машины, захлопывая за собой дверь. Идя к подъезду, я ощущаю на себе его взгляд, но, только войдя внутрь, быстро машу ему на прощание.

Мне нужно принять душ, немного поспать и съесть мороженое. Я не понимаю, что происходит, но вечером у меня свидание с другим мужчиной, а все, чего я хочу, – это вернуться в его пентхаус, чтобы Грейсон занялся со мной сексом.

Я не могу сдержать улыбку, когда вспоминаю все те способы, которыми он доводил меня до оргазма прошлой ночью.

Я не в силах противостоять ему, возможно, мне все же стоит взять небольшой перерыв в свиданиях.

Когда Лука сообщил мне о смерти Нико, мысли сразу же вернулись к Касперу. Я вспомнил тот миг, когда он испустил последний вздох у меня на руках и моя жизнь словно раскололась на части. Эти воспоминания вызывают чувство глубокой обиды, и я снова переживаю ту же боль, что и тогда. Она настолько остра, что у меня перехватывает дыхание, а гнев, смешанный с мучительным желанием причинить кому-либо боль, становится почти невыносимым. Пока Мэдди не попросила меня пообещать, что я буду в безопасности, я будто выпал из реальности. Забота, которую я увидел на ее лице, и нежность ее прикосновений словно вернули меня из самых глубин ада.

Именно поэтому я старался держаться от нее подальше. То, что она беспокоится обо мне, совершенно несправедливо, особенно сейчас, когда я хочу, чтобы Мэдди была как можно дальше от всего, что со мной происходит. Я не могу допустить, чтобы она пострадала.

Недавно мы получили важную информацию от Карло, который занимается нашими поставками наркотиков. Этот человек оказался ценным источником сведений, поскольку тесно общается с Фальконе и понимает, что им нельзя доверять. Он сообщил, что сегодня утром с ним связались представители Фальконе и попросили о встрече для обсуждения будущих поставок. По приказу Луки Карло согласился.

Естественно, мы подготовили ловушку, намереваясь лишить жизни двух человек в ответ на смерть одного из наших.

В полном молчании я еду к складу Фальконе. Каждый раз, когда мои мысли уносятся в бездну, я вспоминаю яркую улыбку Мэдди, и она не дает мне упасть.

Въезжая на парковку, я сразу же обращаю внимание на серебристый «бентли» Луки и, притормозив рядом, глушу двигатель. Перед тем как выйти из машины, я наклоняюсь и, открыв бардачок, достаю из него пистолет и нож.

Выпрямившись, я обнаруживаю, что Лука уже ждет у моей машины. Он с удовольствием затягивается сигаретой, и, когда я выхожу, дым проникает в мои легкие. Лука делает еще одну затяжку, отчего кончик сигареты становится ярко-красным, а затем бросает окурок на землю и гасит его своими черными кожаными мокасинами. Позади Луки, в одном из своих фирменных темно-синих костюмов, скрестив руки на груди, стоит Фрэнки. Глядя на их похожие прически с зализанными назад черными волосами, можно подумать, что они братья.

– Босс, – приветствую я Луку и киваю Фрэнки.

Лука кивает в ответ, выпуская дым изо рта.

– Ты готов?

– Как всегда. Эти ублюдки должны умереть.

– Но каждый раз, когда одни из них умирают, откуда-то появляются другие. – В его голосе слышится раздражение.

Лука очень старается укрепить свое положение, но это не та жизнь, которую он выбрал для себя, а та, которую ему навязали.

– Мы справимся, – говорю я, стараясь его успокоить, хотя на самом деле не знаю, чем все закончится.

– Вместе нас не победить, – говорит Фрэнки, похлопывая Луку по плечу. – Давайте покажем этим ублюдкам, на что мы способны.

– Да, закончим с этим поскорее и пойдем выпьем, – предлагает Лука, доставая пистолет из своего пиджака от Армани.

Он отворачивается от нас и решительно устремляется к покореженной двери склада. Я, крепко сжимая в одной руке пистолет, а в другой стискивая рукоять спрятанного ножа, следую его примеру.