Я ахаю, стискиваю шею своей родственной души. Его внушительный член полностью погружен в меня, я насажена на него, и, несмотря на мокрую насквозь киску, несмотря на все предварительные ласки, я чувствую, что растянута почти до предела.
Мемнон резко выдыхает, и по телу его пробегает дрожь.
– Ты в порядке? – спрашивает он, чувствуя мое напряжение.
Я киваю, сглатывая.
– Просто дай мне секунду.
Я и забыла, какой он большой.
Несколько секунд я слышу лишь наше неровное дыхание и далекие крики наслаждения других ведьм. Колдун наклоняется, целует меня под подбородком, потом в щеку, в нос, в веки. С каждым мягким касанием его губ тело мое расслабляется, а лоно растягивается, подстраиваясь под него.
– Боги, – шепчет Мемнон на сарматском. – Две тысячи лет – и вот наконец я дома.
Не хочу признавать это, но я чувствую то же самое. Эти нежные благоговейные поцелуи, эта моя наполненность — все кажется мне правильным, абсолютно правильным.
И хотя это куда интимней, чем я планировала, но особо извращенная часть меня наслаждается по полной.
– Не шевелись, – выдыхаю я. – Пока не надо.
Губы его гладят мои.
– Я никуда не денусь, – бормочет он.
Мое тело уже вместило его, но я медлю еще несколько мгновений, просто чтобы насладиться еще немного. Но возбуждение наконец берет верх, и я двигаюсь навстречу ему, отчаянно желая трения и толчков. Только… не получаю желаемого.
Мемнон прижимается лбом к моему лбу и издает хриплый смешок.
– Как это ни забавно, est amage, но тебе придется отменить свой последний приказ, если хочешь, чтобы я продолжал.
Ох, и верно.
– Ты можешь двигаться, – шепчу я, слишком поглощенная ощущениями, чтобы смущаться.
Он чуть отстраняется, чтобы поцеловать меня под подбородком, почти выходя из меня, – но тут же вонзается снова.
Я задыхаюсь.
– Ты чертовски хороша, – бормочет он, отводит мои руки от своей шеи и переплетает пальцы с моими, ритмично качая бедрами. – Моя яростная маленькая нареченная.
Внезапное напоминание малость разгоняет окутывающий меня туман похоти.
– Это ничего не значит!
– Это значит все. – Мемнон стискивает мои руки и следующим толчком входит мучительно глубоко, задевая, кажется, все нервные окончания внутри меня.
Колдун все еще пытается использовать каждую мелочь в своих интересах.
Но не он тут рулит.
Ловлю его взгляд.
– Сильнее, – требую я, вздернув подбородок. Я не хочу никаких напоминаний о том, что мы когда-то были женаты и когда-нибудь, возможно, еще будем. К черту все термины, прямо сейчас я хочу от него только ощущений. – Трахай меня так, словно намерен довести до оргазма как можно быстрее.
Мемнон стонет и ускоряет темп. Прикусив губу, он смотрит на меня. Не думаю, что он осознает это, но его движения завораживают меня. Я тоже издаю стон, запрокидываю голову – и начинаю вновь взмывать к вершине.
Колдун наклоняется ко мне.
– Давай проясним, Селена, я хочу подарить тебе ошеломительный секс, – говорит он, вонзаясь в меня, двигая бедрами все быстрей и быстрей. Он трахает меня так, словно был создан только для этого. – А не это поспешное дерьмо. – Каждый удар его члена приближает меня к финалу. – Хочу, чтобы ты увидела жизнь, которую мы когда-то делили. Жизнь, которую я могу тебе дать вновь. – Он стискивает мои руки.
– Ты дашь мне то, что я попрошу, – рычу я на него. – Разве не этого ты хочешь от своей царицы?
Мемнон выдерживает мой взгляд; толчки его безжалостны.
– Я живу, чтобы служить тебе, Императрица.
Не могу понять, что написано на его лице, здесь слишком темно, но в голосе колдуна я не слышу ни насмешки, ни разочарования. Думаю, он совершенно искренен. Но это тоже напоминание: я буду добиваться своего, лишь пока наша связь существует, а существовать она будет, пока я не влюблюсь в него.
Колдун стягивает с моего плеча бретельку платья, обнажая мою грудь. Наклонившись, он приникает к моему соску и аккуратно прикусывает его.
Это все, что мне требовалось.
Кричу, оглушенная взрывным оргазмом, туманящим зрение. Сжимаю его руки, качаясь на головокружительных волнах ощущений.
Мемнон стонет, прижавшись ко мне.
– Как же я скучал по тому, как ты кончаешь, когда я в тебе, – сипит он. – Когда ты сжимаешь мой член вот так. – Он не останавливается, он продолжает безжалостно таранить меня.
И я чувствую, как его член напрягается еще больше, и снова кричу, потому что давление продлевает оргазм.
– Боги, Селена. – Он с силой входит в меня, бросая грудь ради губ.
И кончает сам.
Он целует меня, купаясь в собственном пульсирующем оргазме. Чувствую отголоски экстаза колдуна по нашей связи, и это обостряет мои собственные ощущения. Его язык у меня во рту, его член в моем лоне, его руки обвивают меня, он прижимается ко мне всем телом, и я чувствую, что, если бы он мог, он бы просто растворился во мне.