— Лена меня и близко не подпустит к Ульрику.

— Какая дурь. — Фыркаю я, бросая взгляд на высокомерную блондинку. — И ты смиренно примешь отведенную тебе роль?

— А мне не хочется стать изгоем. — Глухо произносит Лотта. — Ты не знаешь, на что она способна.

— А если и ты ему нравишься?

Девчонка толкает меня в бок.

— Брось.

— Я серьезно.

— Лучше посмотри. — Она указывает на площадку. — Видишь, наши сегодня начинают со схемы три-два-один: трое в защите, двое полусредних, один атакующий, плюс вратарь. Главный забойщик сейчас Бьорн, Микке с ним в связке. Вообще, они постоянно тянут на себя одеяло лидера, и тренер ставит их в разные команды, но в схватке с соперником со стороны без этих двух ребятам пришлось бы туго. В воротах Улле, на задней линии Ян, Александр и Иван, а тот светленький, на передней линии, — Стуре.

— Я видела некоторых из них на уроках.

Заметив меня, Микке делает знак рукой. Я киваю.

— Ну, все. Начинают. — Вцепляется в меня Лотта.

Раздается свисток, парни разыгрывают мяч, и понеслось.

Завязывается лихая борьба, зал заполняется криками, скрипом обуви и звуками ударов мяча об пол.

Очень быстро я понимаю, что игра оказывается напряженной: тут и элемент футбола, только спортсмены играют руками, и баскетбол — потому что они ударяют мяч об пол, чтобы избежать так называемых пробежек, и хоккей — потому что игроков периодически удаляют на пару минут за фолы.

— Каков наглец! — Верещит Лотта.

Бьорн явно передерживает мяч, активно берет игру на себя и забивает в высоком прыжке. Ребята празднуют гол хлопками, но радоваться рано — следующая его атака обрывается случайным ударом противнику по лицу, криком тренера, свистком судьи и желтой карточкой.

Тяжело дыша, Хельвин опускается на скамью, и парни остаются в меньшинстве.

— Сейчас им будет трудно, они остаются в меньшинстве. — Впиваясь пальцами в мое плечо, бормочет моя соседка. — Они снимают вратаря на время, чтобы другой игрок мог выйти в поле.

— Ворота останутся незащищенными? — Тревожусь я.

— Вот именно.

Игра продолжается, и я вижу, как отчаянно обороняется команда Хемлига. Микке хорошо обрабатывает мяч, но спотыкается, делая передачу, и соперник перехватывает инициативу. И вот уже мяч летит в пустые ворота. Свисток судьи, скрип спортивных кед по площадке, крики, отчаянье.

— Черт! — Стонет Лотта.

Я вижу, как нарастает напряжение у Хельвина, сидящего на скамье. Он недвижен, но внутренне буквально мечется в ярости. Костяшки его сведенных пальцев белеют, мышцы ног наливаются сталью, а взгляд сатанеет. Ясно, что парню трудно удерживаться на месте в ожидании своего выхода.

Наконец, время удаления истекает, и зал приветствует Бьорна на поле. Тот моментально включается в игру. Он перехватывает мяч соперника — тот ложится точно ему в руку. Хельвин отчаянно работает ногами, и игрок в красной форме не выдерживает — выставляет локоть перед его лицом. Удар! И противники наказываются штрафным.

Ребята выстраиваются на линиях. Свисток.

Го-о-о-л!

Мы обнимаемся.

Игра продолжается на немыслимых скоростях. Хемлиг терзает противников в атаке и обороне, Улле чудом тащит мячи, которые летят ему буквально за шиворот, но все равно пропускает несколько. Но и соперники оказываются битыми: Микке и Бьорн забивают им сразу несколько крученных мячей.

У меня больше не получается усидеть на месте. Я вскакиваю, тормошу Лотту, мы визжим и временами чуть не плачем. Напряжение раскаляется до немыслимых пределов, а на табло 7:6 — в данный момент не в нашу пользу.

Парни начинают ругаться, бросают друг другу обидные реплики — пытаются выяснить, кто виноват в пропущенных. Им бы собраться, но они ищут крайнего в своей же команде.

— Да прекратите уже! — Кричит Лотта.

И в следующее мгновение Бьорн что-то говорит Микке и толкает того плечом. Микке возвращается, чтобы ответить ему, но тренер вовремя берет тайм-аут.

— Много проиграно один в один в обороне. — Сокрушаюсь я.

Конфликты атакующих игроков только усугубляют дело.

— Обидно проигрывать такие глупые моменты, особенно, когда они остаются в меньшинстве из-за своих же склок. — Качает головой соседка.

— Сейчас тренер скажет им что-нибудь, чтобы воодушевить.

Собравшись в кругу, парни оживленно беседуют. Тренер противников тоже не теряет времени: объясняет своим подопечным какие-то новые схемы.

Игроки Хемлига спорят.

Микке тяжело дышит, стоя с опущенной головой, Бьорн — пытается что-то доказывать тренеру. По-хорошему, этим двоим нужно подраться, чтобы раз и навсегда выяснить свои отношения, что только мешают игре. Но это не на поле и не сейчас.

Звучит свисток.