Конечно, это были его владения. Но я уже не представляла жизни без этого сада. Каждый раз я смотрела на край небоскреба и вспоминала наш безумный секс под дождем.

Покрывалась мурашками, вызывая в памяти его алчные поцелуи до боли и сильные толчки.

Хотелось снова. Хотелось еще.

Я устроилась на его груди, сильная рука обволакивала мои плечи. Если забыть о том, что в любую секунду может случиться ураган «Кай Стоунэм», было так тепло и хорошо.

— Ты уже спрашивал, откуда он, — Кай и правда спрашивал меня о шраме на моем плече. Его было не сильно видно, но он давно разглядел его и устроил допрос с пристрастием. Почему он спрашивает снова?!

— Да?

— Да, Кай. Не верю, что ты мог забыть. Мы тогда полчаса о нем говорили. Точнее о моем приюте. Это кошка поцарапала приютская. А потом ты спросил меня о моей жизни там… помнишь?

Кай моргнул, глядя на меня так, будто не знал, что ответить. Он не помнил этого…

— Помню. Точно, — Кай кивнул, но я сразу поняла, что Стоунэм лжет. Либо у него с памятью проблемы, либо… он меня не слушал. Я понятия не имею.

— Не называй меня по имени, крошка, — выдохнул он, забравшись крупной ладонью под мою маечку, и нащупал грудь. Ох.

— Почему? Ты же любишь… когда я стону. Кай… Кай… — томно и на ушко напомнила я. Но Стоунэма передернуло. Что-то было с ним не так. Вроде и не псих, но вроде и не тот Кай, которого я люблю. Может, заработался?

— Называй меня Бог. Царь. Хозяин.

— Размечтался! Я по-прежнему на тебя обижена. И не надо трогать меня, — надула губы, постаравшись его оттолкнуть.

— Но я соскучился по тебе. Я хочу узнать, каково это, — Кай снова пробрался к моей груди и медленно обвел мой сосок пальцем. Меня бросило в жар.

— Каково что? — я еще больше перестала его понимать…

— Каково это, когда тебя любят, — Кай судорожно сглотнул, глядя на меня чужими глазами — но глазами, полными интереса ко мне. Полными чего-то, что навсегда останется для меня загадкой.

— Ты меня пугаешь… — в животе разродился страх и возбуждение, потому что поведение Кая пугало. Его действия не могли не влиять на мое тело, как бы я не старалась. У нас столько ним не было близости, и только сейчас я поняла, что не было, не только потому что я этого не хотела, а потому что Кай… изучал меня.

— Я хочу узнать, каково это. Хочу почувствовать, — взмолился Кай, прижимая свои губы к моей скуле. Его рука резко опустилась вниз, и он с легкостью пробрался под мои шорты. Нащупал чувственный бугорок и начал ласкать его дразнящим движением указательного пальца.

Деймон

Я подавил Кая. Не знаю, как и почему это произошло. Но он исчез. Сдох. Сгинул.

Я здесь, в этом теле, один, а малышка Леа принадлежит мне. Эта квартира, эти машины, этот бизнес, весь мир — ВСЕ. ТОЛЬКО. МОЕ.

На самом деле это было не совсем так. Я знал, что мой любимый «брат» внутри меня. Но я еще никогда не управлял нашей жизнью ТАК долго. Целые дни, недели…

Я намерен снова баллотироваться в сенат, да только до ближайших выборов еще два года. Самое время заняться тем, чтобы разобраться с всплывшей со дна родней, что зарится на акции нашей компании. Я попробую с ними договориться. Не получится — уберу.

Узнал я и о том, что брат Кая — Коул Стоунэм жив и здоров… ну как здоров, тоже лечился в психиатрической клинике. У нас это семейное.

Если не будет высовываться, лучше с ним не связываться. Что-то подсказывало мне, что он достойный соперник, и связавшись с ним, я только ухудшу свое положение.

Более того это может пробудить Кая. Работа. Адреналин. Стресс. Это сложно, но эти вещи помогут мне «усыпить» его.

Не знаю, долго ли я протяну в таком ритме. И что настолько сильно сломало его, что он вдруг сдался.

Я так и знал, что он сломается. Рано или поздно. Из-за своей стервочки-Лейлочки.

Ну, и кто из нас идиот? Все проблемы из-за женщин…

Может, он узнал наконец о том, что произошло в террариуме, и это его сломило. Может, он просто сдался. Но я очень хотел верить в то, что, возможно, это и есть исцеление. МОЕ ИСЦЕЛЕНИЕ.

Возможно, лечение, которое начал Кай, наконец-таки дало свои плоды, и теперь мы стали единым целым.

Я надеялся, что больше никогда не вернусь в клетку своего сознания, больше не буду привязан к этому дерьмовому креслу. Что я буду жить здесь и сейчас.

Я понимал, что не могу просрать этот момент. Понимал, что если полезу к Лейле со своими извращенными желаниями, Кай внутри меня может очнуться. Кинется защищать свою девочку. А может, и нет. Сплошная неизвестность.

Но теперь это моя девочка.

И черт… теперь я понимал, что он в ней нашел.

Леа Харт — девушка с характером, она знает себе цену. В меру гордая и в меру податливая, если надавить, не перебарщивая. Она — музыка. То нежная мелодия, то высокая трель, то реквием… подобно тому, что она когда-то играла на рояле в гостиной.