Наверное, мне стоило рассказать ему о своих еженедельных поездках к Грете. Однако Килл даже не давал мне возможности поговорить с ним. А раз он никогда не спрашивал меня о моих отношениях с Пакстоном, то и я не стала ничего рассказывать.

На самом деле между мной и Пакстоном все было кончено еще до того, как я узнала, что он спустил все наши деньги.

До того, как я впервые увидела своего бывшего мужа.

До того, как я затащила Пакстона за живую скульптуру ради безумных, полных мести поцелуев в жалкой попытке забыть о том, как Киллиан меня отверг.

Живи дальше.

Выйди замуж за кого-нибудь скучного, как ты сама.

Пакстон работал на свадьбе в качестве сотрудника службы безопасности и всю ночь наслаждался знаками внимания с моей стороны. Каждый раз, когда я натыкалась на Килла с его холодной отстраненностью, то бежала обратно в объятия Пакстона. С рассветом на следующее утро, когда Сейлор и Хантер отправились в свадебное путешествие, Пакстон лежал в моей постели и довольно сопел, закинув руку на мою обнаженную спину.

Он остался рядом, а я никогда не подвергала сомнению его присутствие в моей жизни.

Просто думала, что тетушка Тильда сотворила чудо и послала мне любовь, чтобы помочь забыть о той, которую мне не суждено иметь.

Схватив сумку, я села в свою «Теслу» и проехала на ней небольшое расстояние до дома Киллиана. Петар открыл ворота и показал мое новое парковочное место. Он отвел меня в комнату на втором этаже прямо рядом с хозяйской спальней, будто дотошный риелтор радостно болтая о домашнем кинотеатре, беговой дорожке, которая обрамляла всю территорию, и крытом бассейне.

– Петар, можешь показать мне фонтан с демоном? – спросила я, пока мы поднимались по лестнице.

Он замер, а потом помотал головой.

– Мистер Фитцпатрик очень бы этого не хотел. Нет.

Чтоб тебя.

Я не удивилась, когда обнаружила в комнате все свои вещи. Они все были распакованы, одежда аккуратно сложена и развешена в гардеробной.

– Если вам что-нибудь понадобится, только дайте знать. – Петар склонил голову, а на его лице возникла озорная улыбка. – В самом деле. Домашний обед, дополнительные подушки… контакты хорошего психотерапевта. Я к вашим услугам, Персефона. Доступен двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

Я посмеялась и показала ему два больших пальца.

– Спасибо, Петар. Ты просто чудо.

Он собрался уходить, пока я доставала ноутбук. Занятие йогой уже началось, а значит, у меня появилось время подготовить материал для уроков на следующей неделе.

– Могу я кое-что сказать? – Петар остановился на пороге.

Я удивленно подняла взгляд.

– Разумеется.

– Я не могу выразить словами, как все в этом доме счастливы, что вы здесь. Не знаю, как именно вам удалось заставить мистера Фитцпатрика съехаться (я еще ни разу не видел, чтобы какая-то женщина, кроме его работниц, матери и сестры ступали в этот дом), но я все равно рад.

Моя улыбка не дрогнула, но в груди что-то загрохотало. Что-то очень похожее на материнский гнев, который я не могла до конца понять. Насколько же одинок был Киллиан, что раньше даже не принимал здесь ни одну женщину?

Оттого, что Килл нарушил со мной так много пунктов своего же контракта, в моем сердце зародилось зерно надежды. Я знала, что если буду поливать его ложным оптимизмом и верой, то оно вырастет и расцветет ожиданиями.

А ожидания к человеку, который поклялся, что никогда меня не полюбит, опасное дело.

– Я намерена здесь остаться. – Я старалась, чтобы мой голос звучал безучастно.

– Надеюсь на это. – Петар кивнул. – А если я могу как-то этому поспособствовать, то дайте знать.

Как только он развернулся и ушел, я направилась в комнату Киллиана.

Мне нужно хорошенько подготовиться, если я хочу узнать, кем мой муж был на самом деле.

Все кончилось тем, что я заснула в кровати Киллиана, отключившись от смеси адреналина, душевных страданий и злости. Мне стоило вернуться в свою комнату, но постельное белье было пропитано его запахом, а искушение уткнуться в него лицом слишком велико. К тому же у меня стало невероятно хорошо получаться выводить моего нового мужа из себя, так зачем нарушать традицию?

Прошло еще несколько часов, солнце уже давно село, когда меня разбудил легкий толчок в ногу. Я потянулась на огромной кровати и заморгала, чтобы окружающий мир обрел четкость.

Килл сидел на краю матраса в строгом костюме темно-синего цвета с серым галстуком и в коротком пальто. Его запах – льда, прохладной ночи и кедра, – подсказал мне, что он только что вернулся домой. Еще даже не снял пальто.

– Это не твоя кровать, – заявил он.

– Если я гожусь для того, чтобы согревать твою постель, то гожусь и для того, чтобы в ней спать. – Я приподнялась на локтях, сдувая упавшие на глаза пряди волос.

– Никто не говорил, что ты годишься для того, чтобы ее согревать. Я взял тебя на кухонном столе и возле окна, а не в своей постели.