А это не только глупо, но и бесполезно. В лексиконе Киллиана не было такого слова как «эмоции», а тем более не было представления о том, как их испытывать. Я еще не видела его печальным, обиженным или отчаявшимся. Единственное подобие эмоции, которое он когда-либо испытывал, это раздражение. Я часто его раздражала. Но даже тогда он с рекордной скоростью брал свое настроение под контроль. В остальном мой муж превратил свое сердце в просто-напросто функционирующий орган. Пустую, никчемную вещь.

– Нормально, наверное, – жуя, ответила я. – Каждая пара переживает свои взлеты и падения, верно?

Взгляд Белль метнулся к моей приоткрытой сумке, висящей на стуле. Из нее выглядывал рисунок, который одна из моих учениц, Уайтли, нарисовала для Греты Вейтч с именем старушки в окружении цветов и сердечек.

– Он знает, что ты до сих пор навещаешь бабушку Пакса каждые выходные? – спросила Белль.

– Вчера узнал. – Я разрезала фрикадельку пластмассовой вилкой.

– Вот блин. – Сестра поморщилась. – И как ты сообщила ему эту новость?

– Никак. Это сделал кто-то другой.

– Кто? – Эш вытаращила свои васильковые глаза.

Я не знала наверняка, но не нужно быть гением, чтобы сложить два и два. Эрроусмиты.

Я пожала плечами.

– Точно не знаю. Но теперь об этом стало известно. Он потребовал, чтобы я перестала ее навещать.

– Этот ублюдок даже не имеет права требовать, чтобы ты спускала, когда сходишь в туалет у него дома. – Белль прищурилась, явно позабыв о своем обещании больше не говорить гадости о моем муже, которое дала, когда проиграла в покер. – Твой брак дорого тебе обошелся, но только не ценой присущего тебе феминизма.

– Я отказала ему, – спокойно сказала я.

Эш потянулась и погладила меня по руке.

– Ты хотя бы попыталась.

– И смогла. – Я поднесла вилку со спагетти ко рту. – Он отступил.

– Что? – взвизгнули Белль и Эш.

– Ты уверена? – Эшлинг с открытым ртом переводила взгляд с моей сестры на меня. – Я знаю Килла с самого своего рождения и могу пересчитать количество раз, когда он проигрывал, по пальцам одной руки. Честно говоря, одним пальцем. Может, половиной пальца. Мизинчика.

– Уверена, – ответила я, подавшись вперед и понизив голос до шепота. – Эш, я могу задать тебе пару вопросов?

– Само собой.

– У Киллиана правда в саду фонтан с демоном?

Я думала об этом фонтане с того дня, когда Хантер упомянул о нем во время отдыха на ранчо, но не смогла его найти. Вчера, пока Киллиан брал меня сзади, мой взгляд блуждал по каждому закоулку сада. Единственный вариант, что пришел мне на ум: фонтан был в маленьком дворике за садом. Там виднелась увитая плющом дверь в высокой деревянной ограде, которая плохо сочеталась с остальной частью сада.

– Правда, – ответила она. – Во всяком случае, был.

Был.

Ну конечно.

Может, он попросту разбил фонтан прямо перед свадебной церемонией.

Так или иначе, я знала, что спрашивать об этом Киллиана бесполезно. Я никогда не получу прямой ответ.

– Спасибо. Следующий вопрос. – Я прокашлялась. – Ты знаешь, в чем причина его конфликта с Эндрю Эрроусмитом? Похоже, они питают друг к другу сильную неприязнь, но твой старший брат не самый откровенный человек нашего времени.

– Это еще мягко сказано. У пресса для чеснока и то можно выудить больше информации. – Белль открыла бутылку воды, закатив глаза. – Всем известный факт.