- Мы - искупление наших отцов, - бормочет Розалия. - Наши семьи вызывают у них отвращение. Мы - причина, по которой у них неурожай или почему их дети никогда не попадают в нужный колледж… Во всяком случае, это то, что он им говорит, и они почитают его как гребаного бога. Он превращает нас в козлов отпущения мафии, чтобы оправдать то, что на самом деле здесь происходит .

- Ты говоришь о парне во дворе? - спрашиваю я.

Прежде чем она успевает ответить, она пригибается, чтобы избежать брошенной бутылки. Она разбивается рядом с нами, и еще одна девушка вскрикивает от боли, когда осколки изрезают ее ноги в клочья.

- Они называют его Il Re Nero, Черный король. Но другие называют его именем при рождении — Лоренцо Заккария. Он продает наши тела тому, кто больше заплатит, чтобы финансировать свою тайную преступную организацию. Люди, которые платят больше всех, могут отвести нас в Il Labirinto и делать с нами все, что им заблагорассудится .

Срань господня.

— Ты хочешь сказать?..

- Silenzio, - снова рычит ближайший охранник, еще раз грубо толкая меня, отчего я натыкаюсь на девушку впереди.

На этот раз, когда я смотрю на своих товарищей по плену, я смотрю свежим взглядом. Розалия здесь не единственная, у кого следы от кнута и синяки, разбитые души и иссякшая храбрость. Это намного хуже, чем быть проданной одному жестокому ублюдку. Мы вот-вот окажемся в ловушке адского цикла. Нас будут использовать и издеваться над нами до тех пор, пока смерть не станет милосердием.

Найди нас, Санти. Поторопись.

Убей их всех, Pápa. Жестоко.

Мрачная процессия переходит на следующую улицу.

Что-то мокрое и теплое касается моего обнаженного плеча. Кто-то только что плюнул в меня? Я отшатываюсь в сторону от шока, и снова Лола оказывается рядом, чтобы поддержать меня.

Нам не нужно было предупреждение Розалии. Мы достаточно умны, чтобы не реагировать на оскорбления. Мы проглатываем свое унижение, как будто это плохая еда, зная, что позже нас может стошнить, но другие в нашей группе не так сдержанны. Одна девушка пытается нарушить строй, но ее оттаскивают за волосы и избивают прямо у нас на глазах, ее крики и мольбы вызывают шквал аплодисментов.

Что такое это место?

Что-то снова открывается внутри меня, когда я смотрю, как брусчатка становится красной от ее крови.

С каждым новым ударом я чувствую, как та же самая тень расплывается у меня внизу живота. К тому времени, как мы добираемся до la piazza cittadina, городской площади, меня трясет от усилий сдержаться.

Здесь нас ждет новая толпа, от которой разит утонченной жестокостью, которая обещает раздавить нас еще больше. Никаких женщин. Просто мужчины, одетые как Il Re Nero —их черные костюмы дополнены черными маскарадными масками, скрывающими их собственное зло. На лацканах у них больше символов "Багровый ключ". Над дверями каждого дома, мимо которого мы проезжали, был высечен в камне тот же мотив.

Нас ведут, как скот, на деревянную платформу в центре площади. Я сразу же встаю перед Лолой.

- Что, черт возьми, ты делаешь? она шипит, пытаясь оттащить меня назад.

- Если сегодня кого-то и выберут, так это меня.

- Чушь собачья!

- Подумай о ребенке, Лола, бормочу я, и у нее резко перехватывает дыхание.

Прежде чем она успевает ответить, Il Re Nero выходит на площадь. Он не один. Рядом с ним идет мужчина, такой невысокий по сравнению с ним, что кажется едва заметкой, в мятом синем костюме, очках в черной оправе и с тем же выразительным крысиным лицом, о котором я когда-то шутила своему мужу.

Нет. Этого не может быть...

Лола тоже его видела, судя по всему, сердитому испанскому говору у меня за спиной.

Монро Спейдер.

Бывший деловой партнер Санти.

Но когда...? Как...?

Наши взгляды встречаются, и его ухмылка становится шире.

Пока я в немом шоке наблюдаю, как он поворачивается, чтобы что-то сказать Il Re Nero , чей темный взгляд также ищет мое лицо. Его холодная улыбка превращает мои внутренности в лед, прежде чем он кивает Спейдеру. Обмен - грязное соглашение. Это награда за хорошо выполненную работу.

Вот тогда-то я и поняла, что этот аукцион не более чем шоу дерьма.

Я уже была куплена и продана величайшим обманом.

Санти

Шторм, который подул с северо-востока двенадцать часов назад, ничто по сравнению с тем, что налетел с юга поздним утром на двух черных внедорожниках и Aston Martin с разбитым лобовым стеклом.

В конце концов, я позвонил. Сандерс незадолго до этого отключился, бормоча имя моей сестры, как будто это была чертова молитва, доказывая, что ему все еще не наплевать на нее.