– Ты полностью моя, Агата. Чтобы ты там не думала, какие бы сцены не устраивала, ты принадлежишь мне. С той самой минуты, как я узнал о беременности.

Джабар еще ближе наклоняется. Вот–вот поцелует.

– Это не значит, что я ничтожество и у меня нет чувства гордости.

Произношу я, соприкасаясь с ним губами.

Усмехается, сильнее тянет волосы. Морщусь и тихонько постанываю.

– У тебя много чего есть. Но инстинкт самосохранения отсутствует.

Языком поддевает кончик моего носа и отпускает меня. Я пошатываюсь, вцепляюсь в плотные портьеры и висну на них, словно рыбешка на крючке. Мне нужно время прийти в себя, взять тело под контроль.

– Мария моя давняя знакомая.

– Да, я наслышана. Все ее дырки тобой изведаны.

Джабар хмурится, заправляет рубашку за пояс и направляется к двери. Его задница в классических брюках смотрится бесподобно. Черный ремень подчеркивает стройную крепкую фигуру.

– Не все, что ты слышишь и видишь правда.

Оборачивается через плечо, добивая меня пронизывающим взглядом.

– Так ты не спал с этой Марией? Подстроил специально?

– Приведи себя в порядок и спускайся завтракать. Тебе и будущему Бажаеву нужны силы.

Выходит из библиотеки, оставляя меня в полном смятении и со спутанными мыслями.

Если вчерашняя порно–сцена придумана лишь для меня, то возникает закономерный вопрос: для чего?

И вообще, где Джабар провел весь вечер? И ночь. Я понимаю у босса мафии полно темных делишек, но…

Но после завтрака в полном молчании, Джабар по–отечески целует меня в лоб и, поблагодарив Марту за восхитительный омлет, уходит.

Не понимаю, что между нами творится. Муж меняет ипостаси со скоростью света, отчего у меня голова кружится, и появляются дурные мысли.

Но я должна быть решительной и идти до конца.

Я не знаю, какую тактику выбрал Джабар, но я подстроюсь, найду тропинку к нему и…

И в итоге проиграю эту битву.

Он четвертует меня за обман. Устроит кровавую казнь. Я не сомневаюсь.

Будь я уважаемым боссом криминальной вселенной, я бы обязательно захотела прилюдно доказать свой авторитет и расправиться с лжецом.

Боже.

Проглатываю последний кусочек теплого омлета, обтираю рот салфеткой и откидываюсь на спинку стула. В животе урчит. А по легенде должен ворочаться малыш. И желательно сын.

Джабар ясно дал понять, рождение дочери для простых смертных людей. А он бог.

Как же мне хочется поболтать с кем–то из близких людей. Излить душу, открыться и просто почувствовать себя самой собой. Без фальши и прочего. Первая пришедшая на ум идея: связаться с Миленой. Судя по короткому телефонному разговору Джабара десять минут назад, она и ее муж в Адове. Скоропалительно примчались из Лихтинска, не смотря на поздний срок беременности. Интересно, для чего.

Но ведь это знак небес, да?

Милена единственная поймет меня сейчас. Ведь когда–то она не побоялась подобраться к сердцу монстра и растопить в нем лёд.

– Что–нибудь еще?

Марта убирает тарелки со стола, складывая их башенкой.

– Нет, спасибо. Я прогуляюсь по двору немного.

– Погода отличная. Но к вечеру будет лить дождь. Уж больно птицы беспокойно себя ведут.

Ничего не отвечаю. Встаю, натягиваю рукава кардигана донельзя и не торопливо иду на улицу. Лодыжка все еще ноет, но уже терпимо. Почти не испытываю дискомфорта, когда наступаю на всю стопу.

Ох,…лицо обдает обманчиво теплым воздухом. Марта, права, осенний ветер пригонит сырость. И уже скоро.

Озираюсь на высокое крепкое дерево у забора с южной стороны. Никогда такого величественного создания не видела. Только в книгах читала и в кино наблюдала. Направляюсь к порыжевшему великану, становлюсь под пышную расписанную яркими красками крону и вспоминаю о простых радостях, которые чуть позабылись.

Мои поездки в публичную библиотеку были целым событием. Я наряжалась, душилась любимыми духами. Мы с Николаем Генриховичем могли несколько часов обсуждать прочитанные истории. А теперь что?

Я заточена в прекрасной темнице с конченым грешником. И даже с родными не могу повидаться. Карина, конечно, будет сообщать мне о здоровье папы, но это совсем не то. Да и мама. Она же беспокоится только о своих орхидеях, Аристархе и о мнении общества. А я где–то там, в конце ее списка. Но она любит меня. Пускай и так странно.

Из глубокого кармана доносится голос любимого рок–исполнителя. Сую руку, достаю телефон и вижу имя «Милена». Первое чувство: неверие. Неужели она умеет читать мысли на расстоянии?

– Привет.

Стараюсь говорить ровно, без резких скачков интонаций.

– Здравствуй, Агата. Как поживаешь?

– Нормально.

Опускаю голову, ковыряю носочком балетки коротко постриженную травку.