Когда они подошли к кассе, Диана заметила полку с сигаретами. Её взгляд задержался на ярких пачках всего на несколько секунд, но потом она перевела глаза на Ричарда, стоявшего рядом. В этот момент её словно накрыло осознание – раньше, в моменты стресса или отчаяния, она тянулась к сигаретам. Никотин был её способом унять тревогу, заполнить пустоту. Но теперь всё изменилось. Её руки больше не дрожали в поисках пачки, а лёгкие не жаждали дыма. Всё это вытеснил он. Его острый взгляд, грубые, но уверенные прикосновения, его власть, от которой она пыталась бежать, но в итоге только сильнее запутывалась в ней. Ричард стал её зависимостью, сильной и пугающей. Его присутствие обжигало, но в то же время тянуло к себе, как запретный плод. Она уже не могла представить, что будет делать, если он исчезнет, и эта мысль одновременно завораживала и ужасала её.

Ричард подошёл к кассе, положил на ленту немногочисленные покупки и, не сказав ни слова, расплатился наличными. Его пальцы на мгновение задержались на купюрах, словно он обдумывал что-то важное, но тут же отдал их кассиру. Весь процесс занял не больше минуты, но Диана заметила, как напряжённость в этих движениях оставалась такой же острой, как и всё время в магазине. Взяв пакет с продуктами, он коротко кивнул в сторону выхода. Они вышли в прохладный воздух зимнего утра, и Ричард слегка ускорил шаг, словно хотел поскорее оставить позади это место. Диана молча шла рядом, её взгляд то и дело скользил к нему. Его пальцы крепко сжимали ручки пакета, суставы побелели. Плечи были подняты, спина напряжена, будто он ожидал нападения из-за каждого угла. Даже на пустынной улице он продолжал постоянно оглядываться, короткими рывками бросая взгляд то на дорогу, то на прохожих, будто просчитывал все возможные сценарии. Диана шла в его тени, чувствуя, как тяжёлое молчание между ними давило на грудь. Она знала, что Ричард не скажет ни слова, но его каждое движение говорило о многом. Он всегда держал всё под контролем, но сейчас казался человеком, которому доверять нельзя даже самому себе. Когда они подошли к машине, Ричард открыл дверь для неё, а затем обошёл её и сел за руль. Заводя двигатель, он бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида, будто проверял, не следит ли кто-то за ними. Диана молча опустила взгляд на свои руки. Всё, что она хотела спросить, застряло где-то глубоко внутри.

Когда они припарковались и уже подходили к двери склада, позади послышался звук подъезжающей машины. Ричард мгновенно напрягся, бросил пакет на землю и достал пистолет. Диана осталась стоять, застыла, чувствуя, как адреналин захватывает её тело. Из машины вышел мужчина – высокий, с грубым лицом, которое словно вырезали из камня. Диана поняла, что это отец Ричарда.

– Ну что, сынок, – голос мужчины был низким, насмешливым, – я думал, ты умеешь прятаться лучше.

Ричард стиснул зубы.

– Что тебе нужно?

Отец шагнул ближе, даже не обращая внимания на пистолет в руках Ричарда.

– Как обычно, напомнить тебе, кто ты. Ничтожество, которое я когда-то сделал мужчиной.

Ричард огрызнулся, как раненый зверь:

– Ты ничего не сделал, кроме как разрушил всё, к чему прикасался!

Диана стояла в стороне, слушая этот диалог, и с каждым словом понимала, что Ричард не просто ненавидел отца – он всё ещё оставался тем напуганным ребёнком, который пытался выжить под его тиранией. Внезапно отец достал пистолет и направил его на Диану.

– Хватит, – прошипел Ричард, закрывая её собой. – Не смей трогать её. Она моя.

Отец усмехнулся, направляя оружие уже на Ричарда.

– Тогда твоя очередь.

Диана закричала:

– Не убивайте его!

Отец рассмеялся, жестоко и холодно. Его взгляд переместился на неё.

– А он рассказал тебе правду? О том, что твой брат умер зря?

Диана побледнела, её ноги подкосились.

– Томас не был виновен в смерти моего старшего сына. Это я подложил взрывчатку в его машину. И всё потому, что он, как и мой младший сын, отбился от рук. Твой брат просто оказался не в том месте и не в то время.

Диана онемела, её сознание, казалось, вылетело из тела.

– А Маркус? – продолжал отец. – Это мой младший сын приревновал, что он пользовался его игрушкой. И впутал его во всё это. После всего этого ты всё ещё будешь защищать его?

Диана задыхалась от ужаса. В её голове проносились образы её плена, смерти Томаса и Маркуса. Всё это оказалось бессмысленным.

– Если Томас был невиновен, зачем вы хотели его найти? – её голос дрожал.

Отец усмехнулся.

– Томас оказался удобным шансом скрыть правду о том, кто на самом деле виноват в его смерти.

Диана заплакала. Она посмотрела на Ричарда, её голос сорвался:

– Ты это знал?

Она набросилась на него с кулаками.

– Ты знал правду с самого начала и всё равно заставил меня пройти через этот ад?!

Ричард схватил её руки.

– Я узнал об этом за день до боя!

– Тогда почему ты не остановил это?!

Злой смех отца прервал их диалог.

– Ты думаешь, он имеет власть? Он никто. Я решаю, кто будет жить, а кто умрёт. И сейчас я решил, что вы оба умрёте.