Мой взгляд остановился на амулете, ненадолго отвлекая от мыслей о мужьях, женах и нерушимых магических узах. Учитывая то, как Зависть отреагировал на Рог Аида в прошлый раз, я решила, что лучше держать амулет от него подальше. Мне не хотелось рисковать, выставляя его напоказ прямо перед его носом, до тех пор, пока я оставалась в его Доме. Я сняла амулет и убрала его в ящик туалетного столика. Утром я скажу Гневу, где он сможет его найти. Когда я закрыла ящик, то заметила кое-что, чего раньше не было: серебряное ручное зеркало и такие же кисть и гребень лежали на столике.

Они появились уже после того, как я смыла с себя кровь лорда Макадена. Меня восхитил детальный орнамент, чудо мастерства. Еще один красивый – и продуманный – подарок от моего будущего мужа. Я вздохнула. Если Гнев начал ухаживать за мной, я не была уверена, что смогу вспомнить все причины, по которым мы не подходим друг другу. А ведь их много.

Во-первых, он – принц Ада, смертельный враг ведьм. Далее, он очень скрытный и не доверяет мне настолько, насколько я доверяла ему, когда полностью раскрыла себя. Он конечно может вожделеть меня, но это совсем не то же, что любовь. Мне хотелось настоящего партнера, равного и способного мне довериться. Гнев всегда держал все карты в секрете, и я не была уверена, что он когда-нибудь раскроет их мне. И, учитывая хрупкий характер наших нынешних отношений, я, возможно, никогда полностью не посвящу его в свои планы. Я сняла с головы черепки животных и заколки из цветов, затем провела расческой по распущенным локонам, отчаянно пытаясь успокоить пульс. Бесполезно.

Я отложила расческу и вернулась в спальню, где начала расхаживать по комнате так быстро, что чуть не вспотела. Я была слишком на взводе, чтобы пытаться уснуть. С какими бы соблазнительными чувствами я не боролась, мне нужно было разобраться во всей этой путанице, прежде, чем я отправлюсь в Дом Зависти.

Гнев был красивым, незамужним принцем, и он, несомненно, пользовался большим успехом у всех достойных знатных женщин. Временами он был немного отстраненным и высокомерным, но он также умел становиться очаровательным и кокетливым, когда хотел. Однажды он даже называл себя «Его Королевское Высочество Бесспорного Желания». И, будь он проклят, так и есть. Если бы он обратил внимание на кого-нибудь, сомневаюсь, что она могла бы долго противостоять его любовному натиску.

Он подходил ко всему стратегически, и это было бы лишь вопросом времени, когда объект его желания с радостью поддастся его тщательно спланированному соблазнению. Он определенно показал себя щедрым любовником на Отмели Полумесяца, даря мне свои ласки так, словно это доставляло ему высшее наслаждение.

Я представила, что у него наверняка был большой выбор на все готовых любовниц еще до того, как я пришла в его мир. Одни борются за его трон и власть, других интересует исключительно его тело.

Я резко затормозила, когда мне в голову пришла другая мысль, колющаяся, словно маленькие шипы на панцире крабов, что мы подавали в траттории. Я и раньше об этом думала, а теперь это выглядело словно издевка, имеющая более серьезные последствия.

Гнев не выражал любви или привязанности ко мне, сказал лишь только то, что мы хорошо подходим друг другу. В этой его фразе была правда, хотя такая формулировка отсутствовала в моих романтических мечтах.

Я достаточно хорошо его знала, чтобы понимать, что он никогда ни к чему не будет меня принуждать или вмешиваться в мою свободу воли, и, по крайней мере, я точно не буду привязана к дьяволу. Я не могла перестать думать о том, был ли у него кто-нибудь, на ком он предпочел бы жениться. До того, как я случайно призвала его и обручила нас, вполне возможно кто-то уже был как в его постели, так и в его сердце. Та, о ком он, возможно, думает сейчас. Когда мы впервые встретились, он совершенно ясно дал понять, как сильно ненавидит ведьм. Даже если со временем его чувства ко мне немного оттаяли, этого вряд ли достаточно для того, чтобы он искренне полюбил меня. Будет ли у него любовница, если мы до конца сочетаемся брачными узами?

Мне не понравились неприятные ощущения, связанные с этими мыслями.

Как бы я ни старалась успокоить сознание, я не могла перестать думать о страстном свидании в лагуне, а затем на пороге его спальни. Его руки на моем теле, моя спина, прижатая к стене, его язык, требующий моего… в те моменты я чувствовала его настоящего.

Но это совсем не означало, что он был таким. По множеству причин. Страсть и похоть не могли стереть недоверия между нами и раскрыть секреты, которые мы оба хранили. Хорошие отношения строились на прочном фундаменте честности, а я даже не знала его настоящего имени.

Помимо того, что Гнев, возможно, никогда не позволит себе полюбить меня, я не была уверена, что сама до конца позволю себе полюбить его. Спать с ним, несомненно. Выйти замуж, возможно. Но смириться и принять его таким, какой он есть, со всеми его тайнами? Я не ручаюсь.

«Богиня, помоги мне». Это было ужасно.

Да, я хотела заключить брак по расчету с Гордыней. Но только потому, что это давало возможность попасть в его Дом и разобраться, как убийство его жены могло быть связано с убийством Виттории. Связать себя с Гневом… Я не была уверена, что это как-то поможет в моей миссии. Во всяком случае, то, что пока приходило мне в голову, только еще больше все усложняло.