Ему не стало легче, но он слегка ослабил стойку. Я видела, как он вспомнил тот самый момент в ночь, о которой я только что говорила, когда я решила, что разбила нашу помолвку заклинанием отмены. Он поклялся, что не заставит меня выйти замуж и не уведет в преисподнюю. Видимо, это была полуправда, если не полная ложь.

– Ты все еще имеешь его. Ты не обязана соглашаться на наш брак.

Я с обвинением указала на метку.

– А как насчет этой нерушимой связи? Это не похоже на выбор. Я понимаю, что тебе тоже пришлось многим пожертвовать, но, по крайней мере, ты осознавал, какое решение принимаешь. Тем не менее, ты должен был сказать мне раньше. Я имела полное право это знать.

– Клеймить тебя было лучшей альтернативой, которую я мог придумать в тот момент. Из-за яда, который останавливал твое сердце, у меня не было возможности искать другие подходящие варианты. Той ночью я просил твоего разрешения помочь тебе. Это был твой выбор. Ты обручила нас. Я принял его.

Как будто мне нужно было напоминать об этой ужасной ошибке.

– Альтернативой чему?

– Сдерживать желания, порожденные принятием.

– Желания.

Все вдруг осознав, я замолчала. Все мои страстные мысли и чувства к Гневу постепенно усиливались. Они разрушали мое недоверие и чувство, что он меня предал. Я думала, что это всего лишь склонность этого мира к вожделению, которое подпитывало мои эмоции, подталкивая меня к почти первобытному безумию лечь с ним в постель. Но это было не так. Это еще была и необходимость заявить о своем муже. Защищая наш союз.

Всевышняя богиня. Гнев предназначен мне.

Я вела несколько битв и даже не подозревала об этом. Неудивительно, что сопротивляться искушению было так сложно. Я боролась с узами, царством, открывающим передо мной мои собственные страхи совладать с сексуальным желанием без чувства вины или стыда. Если честно, противоречивые чувства начались задолго до того, как мы пришли в этот мир. Когда на него напал Зависть и прямо передо мной он истекал кровью, в тот момент что-то изменилось.

А до этого, когда под чарами Похоти, я отчаянно хотела Гнева. На мгновение той ночью мне показалось, он тоже хотел сократить дистанцию между нами.

Я вернулась в настоящее.

– Согласие на помолвку порождает желание?

– Вступление в брак по традиционной церемонии завершают брачные узы. – Он вглядывался в мое лицо, вероятно, убеждаясь, не собираюсь ли я сейчас его ударить. Я хотела. Очень. – Ты выглядишь…

– Злой? – Я приподняла брови и наклонила голову. Он был мудр, понимая, что последовавшая тишина была вдвое опаснее, чем поднятие руки.

– Порождает – не самое подходящее слово. Это влияет на скрепление уз. Но эти чувства в тебе уже должны быть, иначе узам будет не на что влиять.

– Царство когда-нибудь влияло на меня, или это только наша связь?

– И то и другое.

– А что именно делает твоя Метка?

– Метка склоняет тебя к браку, из-за этой неразрывной связи между нами. Если взглянуть на нее как на водоем, то она похожа на реку, которая разделяется на два меньших потока. В некоторой степени один ослабляет другой, пока они не воссоединятся.

Вот почему он проводил кончиками пальцев по Метке, когда мы целовались: он пытался ослабить мои желания. Он также сделал это, когда я находилась под влиянием Похоти у костра. Это означало, что он какое-то время не хотел этого. И не удосужился сказать мне. Не знаю, почему меня это так сильно задело, но так оно и было.

– Что произойдет, если я откажусь вступить в брак? Я все еще буду хотеть тебя?

– Желание останется, но оно никогда не будет заставлять тебя что-либо сделать, Эмилия. Узы работают по-другому. У тебя всегда будет выбор. Так же, как и с любым другим партнером.

– У меня всегда есть выбор, – усмехнулась я. – Кроме того, чтобы выйти замуж за дьявола.

Гнев напрягся. Слова вылетели из моего рта до того, как я над ними задумалась. Или над тем, заденут ли они принца. Чтобы он тоже чувствовал эти желания, он тоже должен был испытывать чувства ко мне.

Так и было… это было слишком сложно, чтобы сразу разобраться.

Я знала, что обвинять его было несправедливо, особенно с учетом того, что изначально я заключила его в ловушку обручения, но я не могла побороть свою ярость. Все мои планы сгорели. Если я не попаду в Дом Гордыни, то никогда не узнаю, что на самом деле произошло с моей сестрой-близняшкой. Единственная причина, по которой я подписала этот контракт, загнав себя в гнездо гадюки, это предотвратить дальнейшее убийство ведьм.

Теперь я была здесь, в этом царстве, в ситуации, которая не давала мне продолжить свою миссию. Я пришла сюда не для того, чтобы найти любовь или стать принцессой Дома Гнева. Я пришла отомстить. Я пришла, чтобы стать королевой. Я была здесь, чтобы уничтожить демона, убившего Витторию, и спасти мою семью и остров от дальнейшей опасности вторжения демонов. А Гнев все усложнял.