Зара всё ещё смеётся, когда рука Зандера опускается под стол и ложится на моё колено. Моя улыбка замирает, пока его пальцы выводят маленькие круги на моей коже, каждый раз продвигаясь чуть выше по бедру.

— В общем, — говорю я, и мой голос звучит выше, чем задумывалось, — как там состояние кожи Фрикадельки?

— С ним всё хорошо, — говорит Зара, наблюдая за мной с прищуром. — Лекарство подействовало... Ты в порядке?

— Идеально. — Я делаю большой глоток своего напитка, пока рука Зандера скользит под подол моего платья.

— Ты покраснела, — замечает Зара, её взгляд мечется между нами.

Пальцы Зандера продвигаются выше, его большой палец выводит ленивый узор на внутренней стороне моего бедра.

— Я как раз говорил Окли ранее, как сияюще она выглядит сегодня вечером, — говорит он, его голос ровный, в то время как его прикосновение — всё что угодно, но не ровное.

Я ёрзаю на сиденье, пытаясь сохранить нормальное выражение лица.

— Здесь жарко. Мне нужно воды.

— М — м–м. — Зандер мурлычет, его другая рука всё ещё лежит на моих плечах, он полностью расслаблен, в то время как его пальцы скользят по краю моего нижнего белья.

Я сжимаю бёдра, зажимая его руку. Это даёт обратный эффект, когда он в ответ прижимает основание ладони точно туда, где я наиболее чувствительна.

Он наклоняется к моему уху, так что слышу только я: — Я чувствую, какая ты мокрая. Просто течёт.

Моё лицо пылает.

— Ты ужасен, — шепчу я в ответ.

— Вчера вечером, кажется, я тебе нравился, — бормочет он, его дыхание горячее в моём ухе. — Когда ты повторяла моё имя снова и снова, умоляя не останавливаться.

Я тянусь к стакану с водой дрожащими пальцами, чуть не опрокидывая его.

— Что ж, — говорит Зара, собирая свою сумочку с понимающей улыбкой. — Думаю, это мой знак уходить.

— Нет, — слабо протестую я. — Мы даже не допили.

Зара смеётся. — Вы, двое, даже не пытаетесь быть незаметными. Я удивлена, что стол ещё не загорелся. — Она встаёт, бесстыдно подмигивая мне. — Развлекайтесь, Жёлудь. Было приятно познакомиться, Зандер. Позаботься о моей девочке.

— Всегда, — говорит Зандер, в это время просовывая палец под моё нижнее бельё.

Я сильно прикусываю губу, чтобы подавить стон.

— Спокойной ночи, сумасшедшие дети, — говорит Зара, отступая с широкой ухмылкой. — Предохраняйтесь!

— Не уходи, — зову я ей вслед, но она просто посылает мне воздушный поцелуй и растворяется в толпе.

Как только она исчезает, губы Зандера снова оказываются у моего уха.

— Знаешь, что я хочу с тобой сделать прямо сейчас?

Я качаю головой, не доверяя своему голосу.

— Я хочу отвести тебя в тот тёмный угол у аварийного выхода, — шепчет он, его палец выводит мучительно медленные круги. — Прижать тебя к стене, где никто нас не увидит. Спустить твои трусики как раз достаточно...

— Зандер, — предупреждаю я, и мой голос сдавлен.

— Я мог бы заставить тебя кончить прямо там, — продолжает он, его голос низкий и хриплый. — Когда все будут в паре шагов. Тебе пришлось бы быть такой тихой, да? Кусать свою губу, прямо как сейчас.

Я сжимаюсь вокруг его пальца, моё дыхание становится коротким и прерывистым.

— Или, может, я отвёл бы тебя в туалет, — говорит он, проводя вторым пальцем рядом с первым. — Перегнул бы тебя через раковину, чтобы ты могла видеть своё лицо в зеркале, пока я...

Я хватаю его за запястье, останавливая его движение.

— Пошли, — говорю я, мой голос напряжен от желания. — Пошли прямо сейчас.

— Роли поменялись, — шепчу я себе, вынимая ключ из замка.

Щелчок.

Охотник становится добычей.

Я провожу пальцами по стене, проходя через квартиру Зандера, моё тело всё ещё звенит от прошлой ночи. От того, что он со мной сделал в темноте. От того, что я собираюсь сделать с ним сейчас.

Гостиная слабо освещена, когда я устраиваюсь на его кожаном диване и открываю ноутбук. Экран вспыхивает, показывая идеальную HD — трансляцию из его спальни.

Вот он — растянулся на своей кровати, великолепно обнажённый, если не считать простыни, едва прикрывающей бёдра. Его мускулистая рука протянулась через пространство, где должна была быть я, в поисках моего тепла даже во сне.

Месяцами Зандер наблюдал за мной. Отслеживал меня. Видел мои самые интимные моменты.

Теперь камера в моей власти.

Я разворачиваю вишнёвый леденец и беру его в рот. Сладко — терпкий вкус заполняет рот, пока я изучаю его спящую фигуру. Шрам на плече. Подъём и опускание груди. Уязвимая открытость его горла.

Я нажимаю кнопку домофона.

— Доброе утро, Зандер, — мурлыкаю я, и мой голос скользит сквозь темноту его комнаты, словно ласка.