– Что у вас с лицом? – резко спросил Борис, откинувшись в кресле с кривой усмешкой.

– Борис… – в тоне Виктора прозвучало предупреждение, а затем он сказал что-то по-русски.

Я стиснула зубы.

– Ничего особенного. Это полиоз. Он влияет на пигмент волос и кожи, – ответила я без обиняков, делая медленный глоток своего напитка.

Виктор снова что-то сказал ему по-русски, и Борис рассмеялся, роняя какие-то комментарии, которые я не поняла, пока его голова не наклонилась ко мне.

– Это заразно?

– Странно, я думала, что студент медицинского факультета может сам ответить на этот вопрос. – Я сжала челюсть. – Вы уверены, что это Виктор злостный прогульщик?

Я повернулась к Николаю. Он пытался сдержать смех, а потом наклонил голову к своему собеседнику, как бы спрашивая: «Неужели ты допустишь, чтобы тебя унизила какая-то девчонка?»

Переведя взгляд на Виктора, я увидела, что в его лице что-то изменилось. Он выглядел так, словно Борис находился на тонком, быстро ломающемся льду.

Борис встал, не утруждая себя продолжением разговора.

– Я, пожалуй, пойду утешу его, пока он заливает свои раны бурбоном, – вздохнул Николай. – Было приятно с вами познакомиться. – Он тепло улыбнулся мне, а затем вежливо кивнул Виктору.

– Мне очень жаль. Ты же знаешь, какими могут быть некоторые мужчины, – успокоил меня Виктор, опираясь рукой на спинку дивана позади меня. – Что привело тебя в такую даль?

– Просто решила убежать подальше от суеты, только и всего. – Я пожала плечами, осматривая жидкость в своём бокале, наклонив его. – Приятно видеть знакомое лицо.

– Рад, что могу хоть немного скрасить тебе вечер. – Он наклонился, пока мы наблюдали за людьми.

Патефон напевал мелодию, а ропот голосов оживлял ночь. Повсюду раздавались звуки звенящих бокалов и смех.

Потолок с каждым мгновением всё больше привлекал моё внимание. Даже через витражное стекло из-за отсутствия светового загрязнения было легко разглядеть звезды. Это было прекрасно и напоминало мне о времени, проведённом в одиночестве. Я почувствовала, как защемило в груди и как сжалось моё сердце, когда воспоминания подобно гирям нависли на нём. Я провела слишком много ночей, глядя на небо и разговаривая с чёрной бездной ночи, чтобы скоротать время.

Глаза Виктора были устремлены на меня.

Он смотрел сквозь опущенные ресницы, затем наклонился и поцеловал меня. Его прикосновение было очень нежным.

Я, не задумываясь, растворилась в нём, наслаждаясь его мягкими губами.

Он ненадолго отстранился и провёл большим пальцем по моим ресницам, а затем по моему лицу.

– Ты так прекрасна, когда смотришь на вселенную. Интересно, каково это, когда на тебя смотрят с таким обожанием, как ты на небо, – прошептал он мне в губы.

– Виктор, я… – Моё сердце просто разрывалось от его слов, зная, что я никогда не смогу ответить ему взаимностью. Почему мне казалось, что я предаю Сайласа, даже просто слушая признание Виктора? – Я не могу, – прошептала я.

Его янтарные глаза посмотрели на меня с болью, но он кивнул, словно зная мои причины.

– Я знаю. – Он отстранился. – Но я должен был сказать тебе об этом, – он вздохнул, поднимаясь с дивана. – Желаю тебе хорошо провести этот вечер. Через несколько дней я уезжаю в город. Мы ещё увидимся?

– Я буду здесь. – Я снова покраснела, потому что он опять посмотрел на меня с грустной улыбкой. – У нас с тобой ещё осталась пара незаконченных дел в лаборатории.

Он поднёс мою руку к своим губам, прощаясь со мной. Виктор на мгновение задержался, казалось, смакуя любой контакт со мной.

– Тогда до скорой встречи.

Он оставил меня на диване, поглощённую своими и без того спутанными мыслями.

Чувство вины, тоска и одиночество окружали меня, словно призраки, вцепившиеся в мою душу. Что, если я позволяла Сайласу разрушить что-то прекрасное, что могло произойти, но не произошло? Мои чувства к обоим были совершенно разными, но я ничего не могла поделать с этой пустотой в груди. Единственное, чего я хотела в тот момент, – это заполнить её чем-то, предпочтительно сладким забвением, который мог мне дать только виски.

Хрустящего утреннего воздуха было достаточно, чтобы пробудить меня ото сна. Тонкая пелена тумана осела на вершине пруда и простиралась до линии деревьев над полем, ожидая солнца, чтобы прогнать его. Небо было мягкого сине-фиолетового оттенка, несколько порхающих птиц быстро пересекли поле. Было слышно, как чёрные дрозды будили своим криком лесных собратьев. Это место, казавшееся мне райским уголком, было полно магии.

– Давай сходим попозже в город, купим что-нибудь сладкое. Я знаю одну отличную уютную кондитерскую… – Фиби болтала почти так же, как и чёрные дрозды, сжимая мою руку.

– Обожаю сладости! – Я глубоко вдохнула свежий воздух, наслаждаясь ароматами приближающейся осени.