Высокие статуи с жалостью смотрели мне вслед, когда я проходила мимо. Глаза ангелов всегда казались суровыми, несмотря на их изящные формы. Они словно осуждали меня, смотрели свысока. Вот почему я всегда предпочитала статуи собак, лошадей и одной спящей дамы, видящей вечные сны на вершине могилы.
Идя вдоль тёмной пешеходной дорожки, сквозь густой туман я услышала низкие, гармонирующие друг с другом щелчки. Словно вспышки света на небе, они быстро заполняли собой всё пространство кладбища.
Только не сейчас!
Двигаясь по пешеходной дорожке через крытый мост на кладбище, я быстро спряталась под плющом, свисавшим над забытыми катакомбами. В небе гремел гром, от которого слегка вибрировали стены. Деревья с каждым разом шумели всё больше, их кроны при соприкосновении друг с другом шелестели, трещали и гудели.
Если бы щелчков было больше, я бы просто не услышала их среди звуков начинающейся грозы, но я не стала ждать, чтобы проверить это. Под мостом находился путь в катакомбы, над которыми росло кедровое дерево. Это был подземный коридор, огибающий дерево, вокруг которого было много разных дверей, ведущих в гробницы, а также несколько лестниц, уводящих на верхний уровень и разделяющих круглое строение на части.
Вдоль дорожки росли кустарники декоративного борщевика, явно нуждающиеся в уходе. Это было высокое растение с маленькими плодами, чем-то напоминающими оливки, аккуратно расположенными ближе к середине кустарника. Края листьев загибались в тугие шипы.
Я вырвала одно из этих растений, поранив при этом руки. За неимением ничего другого для самозащиты, в крайнем случае сойдёт и это.
Под мостом послышались шаги, и я побежала вверх по лестнице, желая оказаться на более высокой площадке, не обращая внимания на ледяной ветер, обжигающий мою кожу. Влажная ткань моего траурного платья неприятно липла к коже, отбирая последнее тепло.
Я присела и аккуратно выглянула, как раз чтобы увидеть приближающееся по дорожке Существо. Послышалось ещё несколько щелчков, когда он проходил подо мной. В отчаянии он ударил кулаком по стене, угрюмо ворча себе под нос, а затем провёл рукой по мокрым от дождя волосам.
Но тут я, как назло, облокотилась на возвышающийся рядом бугорок, и с его края посыпалась грязь, приземлившись прямо на его плечо.
Он вскинул голову, и мы оба на мгновение замерли, словно находясь под дулом пистолета. В этот момент небо озарила молния, и в его глазах отразился мой собственный взгляд, прекрасно передающий то напряжение, которое испытывал и он сам.
Магия момента была нарушена, когда Сайлас быстро двинулся к лестнице.
Споткнувшись, я побежала в сторону высоких, похожих на дома, могил, разбросанных по кладбищу, словно миниатюрный город. Все двери были заперты, но я упрямо дёргала за каждую ручку, отчаянно пытаясь найти хоть одну открытую. Я бежала через надгробия, перепрыгивая с могилы на могилу, боковым зрением следя за приближением Существа. Я забралась на поросшие мхом саркофаги, поднимаясь всё выше по крутому склону, прежде чем добралась до следующей площадки.
Я остановилась на перекрёстке. Горло горело от нехватки воздуха, вынужденная передышка принесла лишь небольшое облегчение. Толпа надгробных статуй повсюду окружала меня, словно это были присяжные на суде, палач же был уже где-то близко позади. Мокрые пряди волос больно хлестали меня по лицу каждый раз, когда я поворачивалась, вглядываясь в черноту каждой из тропинок. Ни одна дорога не казалась мне лучше другой, все они были одинаково тёмными и неизвестными, так как дождь превращал всё вокруг в черноту.
И тут очередная вспышка молнии подсказала мне, по какому пути точно не стоило идти. Свет озарил высокую фигуру в центре, приближающуюся с расчётливой уверенностью, которая могла исходить только от кого-то по-настоящему хладнокровного, готового убить.
Таким образом, одно я знала наверняка: ту дорогу, по которой шёл он, я не выберу точно.
Я срезала путь через участок с могилами. Я бежала, ничего не видя перед собой, опрокидывая небольшие надгробия и не обращая внимания на потревоженные моими сапогами души.
В какой-то момент я потеряла его из виду, но, приблизившись к большой могиле, заметила скульптуру в виде двух сомкнутых рук над входом в склеп, где было написано: «До скорой встречи!» Я едва успела коснуться дверной ручки.
Меня вдруг с силой толкнули вперёд, дверь оказалась незапертой, и я буквально ввалилась внутрь, но не одна. Меня крепко держали чьи-то сильные руки. Как смогла, я вытащила из сумки колючее растение и быстро приставила острой стороной к его горлу, сначала убедившись, что он не мог меня укусить.
Он зашипел на меня, обнажая клыки с такой жестокостью и злостью, что у меня не осталось никаких сомнений в том, что его угрозы убить меня вполне могли быть искренними и что при удобном случае он сделает это, не раздумывая. Это был настоящий хищник. Я не должна была ждать от него ничего человеческого.
Более того, я была бы просто дурой, если бы верила в то, что он был способен на какие-то чувства.