Истинный сжал мою конечность так, что я вскрикнула, а потом он откинул её. Резко. И я, будучи в смятении и достаточно расслабленной, по инерции перевернулась на бок, спиной к Леви. Открыла рот от неожиданности, как за спиной прозвучал приказ:

– Свали с моих глаз, пока я не убил тебя.

– Но, что ты такое говоришь? – я развернулась к нему обратно, видя, как Леви резко поднялся на руках и, не смотря в мою сторону, схватил одеяло, скомканное у наших ног, а потом бросил его в меня.

Пока я дрожащей здоровой рукой убирала его, Леви натянул штаны, футболку и направился к двери.

– Постой же! – я соскочила с кровати и поспешила за ним. Прямо как была, без одежды.

У двери истинный замер, его тело напряглось, и в тишине пространства я услышала рык. Предупреждающий меня о чём-то таком, что мне стало вмиг не по себе.

– Ты мне нахрен не нужна, идиотка. Ты мне не нравишься, я не люблю тебя. И уничтожу, если ты будешь лезть ко мне, ясно?

Я молчала, замерев за его спиной. Боялась издать звук, чувствуя, как сердце сжалось от боли и непонимания. Тот, кем я жила последнее время, давил на мою душу, словно мечтал её раздавить и превратить в пыль. Стало невыносимо больно, хотя где-то на краю сознания я понимала – он сейчас пошутил. Грубо и ужасно, но, скорее всего, по-другому Леви не умел. Ведь так?..

Я, сглотнув ком, что встал в горле, осторожно произнесла:

– Послушай, ты...

– Не смей, – жестко перебил он, но моя рука уже успела задеть его спину.

Леви быстрым движением обернулся и схватил мою руку. Не ту здоровую, которой я коснулась его, а другую. Ту, что вчера он загнул до хруста, или он прозвучал в моей голове.

Я закричала тихо, пытаясь сдержать эмоции и боль, что вновь пронзила конечность, разгоняя жар по венам. Я смотрела в лицо любимого и видела на его губах оскал, в купе со шрамом он выглядел чудовищно в данный момент, хотя раньше нравился мне до безумия. В любом своём проявлении...

– Исчезни.

Последние слова истинного оглушили пространство, после чего Леви покинул мою спальню. И, кажется, мою жизнь...

Я ещё некоторое время сидела на полу у двери и тихонько роняла слёзы. Метка издавала слабое покалывание, хотя, возможно, это было из-за боли, что парень причинил моей руке напоследок. Было так грустно, одиноко и обидно, что я сжимала зубы, головой понимая, что мне в пару достался монстр, а вот сердце страдало, как никогда прежде. Все чувства к истинному заглушали слабую ненависть во мне.

Он сказал, что я не нужна ему...

Чёрт, он хотел, чтобы я исчезла!

Не любит...

Не нужна...

Убьёт...

На рассвете, так и не заснув, я решила, что это просто его черта характера. Леви не умел быть нежным, не умел заботиться и любить. Вечно холодный и мрачный.

Моим первым порывом было побежать и свести метку истинности, только вот, войдя в интернет и увидев стоимость процедуры, я ужаснулась. А потом и вовсе передумала. Он хотел, чтобы я исчезла? Хорошо. Но и я хотела, чтобы он принял меня своей единственной. Поэтому, поразмышляв некоторое время, я приняла решение. Я исчезну, как он того хотел, тем самым заставив истинного страдать, а потом просить прощения. Улыбка озарила моё уставшее лицо. Я поднялась с пола и направилась к шкафу, размышляя, куда же мне исчезнуть.

Я была полностью готова к отъезду. Тщательно собрала необходимые вещи, уложила в сумку только самое нужное, прихватила банковскую карточку, которую мне дала миссис Рахель пару недель назад. Она сказала, что это её подарок на моё восемнадцатилетние, которое было у меня ещё весной. Я ей не пользовалась, но, кажется, настал тот момент. А ещё я прихватила небольшую сумму наличных денег, что была у меня. Рассчитала, что этих средств должно хватить на первое время, пока не разберусь с дальнейшими планами. Не планировал тратить много с подарочной карты, мне ведь ещё учиться нужно было, как-то содержать себя.

Что я буду делать после того, как окажусь подальше отсюда, я пока не знала. И даже не думала, смогу ли вернуться в особняк после всего этого. Но в этот момент во мне кипело разочарование и обида, поэтому я решила, что лучше на самом деле уехать и всё переосмыслить.

Я решила, что, раз уж появилась такая неожиданная возможность исчезнуть, как этого и пожелал Леви, стоило первым делом навестить тётю в больнице. Несмотря на её строгость и порой чересчур жёсткие методы воспитания, я знала, что она очень много для меня сделала. Да, её способы обучения жизни могли показаться чрезмерно суровыми, но именно так она старалась подготовить меня к трудностям реального мира. Благодаря ей, я могла различить что хорошо, а что плохо.