Как ни странно, но тётя приняла меня тепло и даже улыбнулась, когда увидела, что я приехала её навестить. Я думала, что она будет ругать меня за то, что я бросила её одну и уехала. А потом я узнала, что на самом деле тётя Элен сама связалась с миссис Рахель, попросив её позаботиться обо мне на время.

Я просидела с тётей несколько часов, пока не пришла медсестра и не сообщила, что тёте пора на процедуры. Честно признаться, она выглядела очень плохо. Тёмные круги залегли вокруг её когда-то ярких синих глаз, которые сейчас были потухшими и уставшими. Телом она исхудала, а кожа приобрела сероватый оттенок. Это выглядело очень печально, и я боялась, что тётя не сможет выздороветь.

Какими бы напряжёнными наши отношения не были ранее, но я всё равно её любила и считала своей семьёй.

После больницы я зашла в магазин и купила продуктов на первое время. О Леви даже и не думала, просто выкинула все мысли о нём из головы, и даже метка меня не тревожила. Дома домыла посуду и приготовила ужин, предаваясь воспоминаниям о своём детстве. Отчего-то настроение было именно таким. Хотелось ностальгировать. Я даже открыла старый альбом, просматривая фотографии. В шкафу нашла старые диски с видеозаписями семейных праздников, что проходили в нашем доме ещё до моего рождения. На них мои родители были ещё молодыми, весёлыми и счастливыми. А ещё живыми…

А затем мои мысли резко свернули к Леви Лам де Вель, руку начало неистово жечь, напоминая о нашей проклятой связи. Обида резко подступила к горлу, и по щекам заструились горячие обильные слёзы, что я не могла остановить.

Почему он был так груб со мной? Особенно после того удивительного, что произошло между нами... Если вспомнить с самого начала, то он стоял на террасе и был крайне зол, а потом и вовсе положил мне руку на шею, намереваясь снова начать душить. Но потом… потом Леви поцеловал меня. И я могу поспорить, что я не была ему отвратительна в этот момент.

Тогда почему он наговорил мне такие ужасные вещи?..

Ответа на этот вопрос я так и не смогла найти, как бы не думала и не анализировала все слова и действия. Поужинала и легла спать, а наутро мне снова позвонила миссис Рахель и спрашивала, когда же я вернусь в их особняк. Вернуться туда, где тот, кого я люблю больше всего на свете, не хочет меня видеть? Как бы моё сердце не страдало, душа не рвалась на части, я не могла этого сделать. Я была слиишком гордой, чтобы после всех брошенных мне слов, вернуться.

Миссис Рахель я сказала, что пробуду какое-то время дома. Она задавала много вопрос, но я не знала, как правильно пояснить ей о том, что просто пока не могу вернуться. И, кажется, она меня поняла. Сказала, что будет ждать моего возвращения.

Так пролетело семь дней.

Я жила словно в вакууме. Занималась домашними делами, а затем ложилась на диван в гостиной и ревела в подушку от боли, что разрывала меня изнутри. Я хотела быть рядом с Леви. Мои чувства и тело кричали от невыносимой агонии, но я сдерживала себя, чтобы не сорваться к нему. Я ждала…

Сама не понимала чего!

Леви должен был страдать так же, как и я! Искать меня! Но почему его всё ещё не было? Неужели, он на самом деле ко мне ничего не испытывал? Но это невозможно. Леви должен испытывать такие же чувства, как и я. Такую же невыносимую боль и тоску от разлуки со своей возлюбленной.

На десятый день я уже не видела смысла ждать парня, которому я точно была безразлична. Из последнего разговора с миссис Лам де Вель я узнала, что Леви купил квартиру в центре Пагры и съехал из особняка. Она интересовалась насчёт метки, что связала меня с её сыном. Она знала о ней, как я и предполагала. А догадывалась ли она о том, что между нами уже была близость? Наверное, нет… Возможно, она догадывалась, почему я не хочу возвращаться в их дом.

Леви съехал из особняка, купил квартиру… Это означало, что я могу вернуться, но я не хотела этого. Я из последних сил держалась, чтобы не сорваться в поместье. Из последних сил, поскольку терпеть притяжение было невыносимо. Обида сопротивлялась желаниям...

Вечером этого же дня я по обыкновению приняла ванну с душистыми маслами, а затем легла в гостиной и включила первый попавшийся фильм. Слёзы снова лились из глаз, падая на моё скромное тонкое платье. Я думала о том, как мне поступить дальше. Мне нужно было готовиться к поступлению в университет, но я не могла думать ни о чём другом, кроме как о негодяе, что растоптал моё сердце.

Негодяй… Мерзавец… Как я только не называла Леви в своих мыслях. Как же мне хотелось посмотреть в его тёмные глаза и высказать всё, что я о нём думала.

А затем в дверь позвонили. Я нахмурилась, и тревога пробежала по телу, ведь время было позднее. Я подумала, что это могла быть наша соседка из дома напротив. Но открыв дверь, я замерла с приоткрытым ртом, потому что на пороге стоял тот, кого я желала больше всего на свете.