Роуз не реагировала на мои протесты. Она расхохоталась, словно я рассказала искрометную шутку, и продолжила смотреть на Дерека.

– Дер! Вот как судьба повернулась! Убийца – в слуги закона. Ты веришь, что справедливость восторжествует?

– Да. – Он вздернул подбородок. – Я стану его правосудием.

Самообладание Дерека контрастировало с истерикой сестры, а я пыталась собрать воедино все нити разговора. Шериф Дэвис убил их мать? Вчера перед сном я нашла статью и прочитала, что за убийство Люсиль Ричардсон посадили другого человека, но тот повесился в тюрьме до оглашения приговора. Я пыталась вспомнить, как долго Томас жил в Луксоне. Мне казалось, всю жизнь. Мою уж точно. Он начал отношения с мамой, когда я была совсем малышкой. Он всегда был добрым. Я скучала по нашей семье. Обычной. Маленькой. Семье.

– Дядя Томас не мог убить вашу маму, он жил в Луксоне! Ездил на охоту по выходным, следил за порядком и очень, очень любил мою маму!

Я помнила его хорошим человеком. Его уничтожило горе.

– Дядя Томас стал бить меня после смерти мамы, – объяснила я. – Если ваш отец топил горе в жалости к себе, то мой отчим стал агрессивным. Но он не мог никого убить. Я его знаю!

– Ты только что сказала, он убил какую-то Маргарет, – ответила Роуз. Она смотрела на меня с жалостью.

Два образа Томаса Дэвиса наслоились друг на друга. Его теплая улыбка. Его злобный оскал. Его добрые поступки. Его жестокие действия. Опустившись на пол, я схватилась за голову. Череп словно раскалывался надвое. Дыхание стало прерывистым.

– Астрид!

– Не трогай ее. – Голос Роуз звучал откуда-то издалека, но не казался враждебным. Через секунду я почувствовала ее тонкие и теплые пальцы на своих плечах. – Дыши. Давай, вместе. Вдох.

Вдох.

– …выдох.

Выдох.

– И снова: вдох… выдох…

Когда меня отпустило, я убрала от лица руки. Роуз сидела на коленях и смотрела на меня, недоверчиво склонив голову. Ее серые глаза сузились.

– Бедная девочка, – наконец сказала она. – Ты очередная его жертва. Вставай. – Роуз помогла мне подняться. – Нам предстоит многое обсудить.

Дерек сидел за столом, сцепив руки в замок. Он подвинул чашку с чаем, я сделала пару глотков и приготовилась слушать.

Так я узнала, что случилось в семье Ричардсонов: Дерек стал свидетелем убийства в десять лет. Совсем юный мальчик, которому никто не поверил. Он отчетливо слышал, что убийца решил взять фамилию «Дэвис». Единственная зацепка в неприметной внешности мужчины. Зацепка, которая ничем не помогла, потому что отец Дерека и Роуз не искал правосудия. До самой своей кончины он был слишком слаб, чтобы бороться за правду.

– Тот парень, которого осудили, оказался неугодным другому бизнесмену. Предателей жестоко наказывают. А мой отец… – Дерек замолчал. Его желваки напряглись. – Наверное, отец боялся за нас. Мне хочется верить, что дело было не только в трусости.

– Отец любил нас, – подала голос Роуз.

Дерек проигнорировал реплику сестры.

– Так или иначе, меня отец не послушал. Когда несчастного вздернули в тюрьме, дело закрыли. Никто не поверил в его самоубийство, но всем было плевать. Он – пешка.

– Как наша мама, – тихо добавила Роуз.

Дерек сжал ладонь сестры и посмотрел на меня. Его глаза казались незнакомыми. Налитыми свинцом. Заледеневшими.

– Теперь ты поняла, какие у меня счеты с Дэвисом? Я поклялся сам разыскать ублюдка. Но Дэвис… или не Дэвис… Том Грэм – так его звали. Он выбрал город, о котором никто не знает. Почти деревушку, в которой презирают интернет и, кажется, весь внешний мир. Он запудрил мозги несчастной женщине с ребенком на руках.

– Дядя Томас не обижал нас, – бесцветным голосом сказала я. В памяти запрыгали картинки, как Томас ругался с мамой, когда она хотела купить мне компьютер, отказывался фотографироваться без солнечных очков, строго следил за единственной газетой в городе. Он скрывался у всех на виду. – Но почему он не обижал нас? Я и моя мама… Мы были легкой мишенью.

– Боялся порицания в городе? Не хотел привлекать внимание? – предполагала Роуз. – Лукрон был его убежищем.

– Луксон, – поправил за меня Дерек. – Может быть… Астрид, ты сказала, что ему нравилась охота?

– Да. По субботам он уезжал.

Дерек встал и покинул кухню.

– Так всегда, загадочный, как Бэтмен, – усмехнулась Роуз. Ее губы дрогнули в улыбке. Она подняла Биббо: щенок сразу засопел на ее коленях. Роуз вновь посмотрела на меня. – Извини, Астрид. Эта боль… Я думала, что проработала свои травмы, но некоторые раны невозможно излечить. Тот мужчина отнял у нас не только маму, он разрушил нашу жизнь.

– Понимаю и сочувствую, но мой отчим не…

– Я был прав. – Дерек поставил ноутбук на стол. – Исчезновение женщин в сезон охоты на Среднем Западе США. Проститутки, неблагополучные девочки-подростки, одинокие путешественницы.