— И я обещаю тебе, что… только через мой труп ты проведешь с ней еще хоть минуту наедине.

Я улыбнулся, мой гнев утих, но это не было хорошей новостью для Виктера. В спокойном состоянии я обычно совершаю самые ужасные поступки, и я мог бы воплотить его обещание в жизнь. Прямо здесь. Прямо сейчас. Покончить с ним и забрать Поппи. Это то, что я должен был сделать.

Но я не хотел делать этого на глазах у Поппи.

— Ты для нее как отец, — тихо сказал я. — Ей будет очень больно, если с тобой случится что-то плохое.

— Это угроза? — Потребовал Виктер.

— Я просто даю тебе понять, что это единственная причина, по которой я не исполняю твое обещание в эту самую секунду, — сказал я. — Но тебе нужно отойти. Если ты этого не сделаешь, кто-то пострадает, и этим кем-то буду не я. Тогда Поппи расстроится.

Я повернулся к ней. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— И я говорю это уже в шестой раз, — сказал я ей, и она моргнула.

Я снова повернулся лицом к Виктеру.

— Я не хочу видеть ее расстроенной, так что шагай. На хрен. Отсюда.

Виктер выглядел так, словно собирался сделать прямо противоположное.

Моя ухмылка стала еще шире.

— Остановитесь вы оба.

Поппи схватила Виктора за руку.

— Серьезно. Все обостряется из-за пустяка. Пожалуйста.

Я выдержал взгляд Виктера, даже когда до меня донесся другой запах. Я смотрел прямо в глаза Виктеру и позволил немного рассказать о себе. Достаточно, чтобы он понял, кем мы были друг для друга в конце концов.

Хищник.

И добыча.

Затем Виктер отступил назад. У этого человека были яйца. Я должен был отдать ему должное.

— Я буду охранять ее до конца вечера, — сказал мне Виктер. — Ты свободен.

Я ухмыльнулся, опустив глаза на то место, где Виктер взял Поппи за руку и отвернулся от меня. Хватка была нежной. Это была единственная причина, по которой у него еще оставалась рука.

Отступив назад, я бросил последний взгляд на Поппи, любуясь теперь уже спутанными волосами и пышными изгибами, к которым я прикоснулся. Затем я двинулся в тень по неосвещенной тропинке. Ветер усилился, отбросив несколько прядей волос на лоб, когда я проходил под деревьями жакаранды. Я уловил слабый едкий запах, когда заметил Киерана, прислонившегося к одной из старых, поросших мхом статуй, одетого в черную форму городской стражи. Никто, даже сам Никтос, не смог бы заставить его надеть красную одежду Ритуала.

— Ты что-то забыл? — Спросил он.

— Нет.

Потянувшись вверх, я сорвал маску домино и отбросил ее в сторону.

— Появился ее второй охранник.

— И что?

Он оттолкнулся от статуи, нахмурившись.

— Ты мог бы убрать его — вырвать сердце из груди, если бы захотел.

— Я бы никогда не сделал этого.

Он фыркнул, бросив на меня знающий взгляд.

— Какого хрена?

— Ничего страшного. Просто небольшая задержка, — сказал я ему. — Я заберу ее через некоторое время, и мы встретимся в Роще.

Киеран издал горловой звук.

— Мне это не нравится, парень…

— Я знаю.

Разочарование в себе, в Виктере и во всей этой чертовой истории нарастало.

— Слушай, если я его уберу, она будет бороться с нами еще больше, чем уже борется. Нам не нужна эта головная боль.

— По-моему, у меня уже есть головная боль, — ответил он. — В любом случае, Последователи привели все в движение, так что тебе лучше доставить ее в Рощу.

НАСТОЯЩЕЕ VIII

— То странное чувство, которое я испытал, когда мы были под ивой? — Сказал я Поппи, проведя губами по макушке ее головы, как тогда. — Ощущение правильности? Это была часть моей души, узнавшей твою. Сердечную пару. Это то, что я почувствовал, как все встало на свои места. Я и не подозревал, что именно это я тогда чувствовал.

— И ты не хотел в это верить, — заметил Киеран.

Он сидел, скрестив ноги, между Поппи и Делано и копался в маленькой миске с миндалем.

— Когда я сказал тебе, что она — твоя сердечная пара.

— Кто в это поверит? — Возразил я.

Он окинул меня сухим взглядом.

— Любой, кто видел вас вместе.

Я рассмеялся и покачал головой.

— В это просто трудно было поверить. Сердечные пары — редкость.

Взгляд Киерана переместился на Поппи.

— Да, но она редкость.

Я посмотрел на нее сверху вниз.

— Непревзойденное преуменьшение.

Я откинул прядь волос, которая постоянно попадала ей на лицо.

— Что она позволила себе под ивой? Это было смело. Я знаю, что нам так не кажется, но это было так.

— Нет. Я понимаю.

Киеран положил в рот миндаль и несколько мгновений неторопливо жевал.