Из густых облаков вынырнул дракен, выпустив струю огненного дыма. Я подавила крик, замедляясь, и вскинула руку, чтобы защититься от жара, когда передо мной вспыхнуло серебряное пламя. Огонь охватил солдат, без разбора освещая все на поле, когда звук топота копыт заставил меня поднять голову. Сквозь отступающее пламя я увидела вереницу лошадей, несущихся на меня.

— Ублюдок, — выплюнула я, выпрямляясь, когда появилась Аурелия, на ее зеленовато-черной чешуе кое-где виднелись кровавые пятна. Она спикировала вниз, вонзив когти в спину другого дракена.

Из угасающего пламени на меня бросился бог.

Не рискуй понапрасну, повторила я про себя. Ловко уйдя в сторону, я взмахнула мечом, отражая удар и отталкивая его назад. Другой солдат вонзил свой меч ему в спину.

— Мейя Лисса, — сказала она, выдергивая клинок.

— Привет! — Я побежала, запрыгнув на обломки стены. Я развернулась, и меч, описав дугу в небе, пронзил красную броню, сбив бога с коня. — Пожалуйста, не кланяйся!

Я бросилась к сражающимся Первозданным, одновременно призывая эфир, выпустив волну эссенции, которая сбила противников с ног, расчистив небольшое пространство среди хаоса.

Небо над головой заревело от огня нового дракена. Итон. Его крылья периодически закрывали солнце, отбрасывая движущиеся тени на поле боя. Он выпустил на волю свое пламя, превратив отдельные участки поля в ад, пожиравший как почву, так и плоть. Даже когда я вонзила клинок в грудь бога, я почувствовала жар на своем лице, а воздух наполнился едким запахом смерти и разрушения. Я отскочила от стены, когда приземлился Эш, и из него вырвались темные щупальца.

Мы с ним рванулись вперед, но это было не так, как раньше, когда я ускользала в бой. В том, как мы двигались, была какая-то закономерность, как будто мы были единым целым. В глубине души это имело смысл. Мы были двумя половинками одного целого, наши движения были почти синхронны, подчеркиваемые взмахами моего меча и его меча по дуге.

Мы сражались быстрыми ударами и плавными защитными движениями. Эш заставлял одного бога встретить мой меч, а я заставляла другого встретить его, и каждое действие свидетельствовало о нашем врожденном понимании друг друга.

Но я знала, что есть разница, поскольку я встречала яростные удары с одинаковой силой и использовала сущность. Когда я дралась раньше, я всегда могла избавиться от своего страха. На этот раз я не смогла. Каждый удар был пропитан горькими эмоциями. Я не боялась ни за себя, ни даже за Эша. Я беспокоилась о малышах, которых носила внутри. Мой страх за них делал каждый удар тяжелее, а выплеск энергии — яростнее. Страх не сделал меня худшим бойцом..

Он сделал меня гораздо более смертоносной.

Над головой Аурелия перерезала горло дракену, освободив его, когда он принял свою смертную форму и упал на землю, только для того, чтобы быть проглоченным сражающимися солдатами.

Я сделала прерывистый вдох, когда пульс смерти стал непрерывным биением в моей груди. Волна ветра вырвалась из Эша, обрушившись на Псов войны. Запах паленого меха смешался с запахом плоти, когда я закричала, опуская клинок на голову бога. Хлынула кровь, забрызгав перед моей туники и лицо.

Смерть…

Там было так много всего.

Внезапное ощущение боли в центре груди заставило меня пошатнуться. Я вскрикнула, схватившись за грудь, ожидая увидеть осколки кости или кровь, но там ничего не было. Боль на самом деле не была болью. Это была скорее тупая боль, но не физическая. Больше похоже на потерю…

О, боги.

Я почувствовала это, когда умерла Келла, и я знала, кто это был. Я увидела ее в своем воображении, и мое сердце сжалось от боли.

Эш сразу же оказался рядом со мной, обняв меня за талию.

— Что такое? — спросил он. — Где ты ранена?

— Не я. — Я поднялась с его помощью, и внезапное осознание того, куда делся Фанос со своими кораблями и армиями, ослабило меня. — Это Майя. Она пала.

— Черт, — прорычал Эш.

Порыв сильного ветра привлек наши взгляды к холму. Мое сердце сжалось, когда я увидела, как Кин взмыл в воздух перед нами, сбив Аттеса с ног. Эш снова взмыл в воздух, но один из дракенов Кина спикировал на него. Холодный смех Эша заставил толпу солдат поднять головы и посмотреть на сгущающуюся темную бурю энергии.

Всплеск силы привлек мое внимание к холму. Аттес снова был на ногах.

Поле содрогнулось от ярости схватки Первозданных братьев, когда они сошлись, обмениваясь ударами на холме, который рассекал горизонт, словно хребет дремлющего дракона. Темные тучи клубились над ними, отвечая на бурю эмоций внутри них, когда их необузданная мощь сотрясала воздух. Эта первозданная энергия не подпускала к ним богов-воителей, оттесняя солдат все дальше и дальше назад, но мы с Эшем продвигались вперед.