Не говоря ни слова, Холланд поднял руки, и я, возможно, бросилась на него. Его сильные руки обхватили меня, а одна рука легла на мой затылок.

Я зарылась лицом в его грудь и зажмурила глаза.

— Ну, такое не каждый день увидишь, — пробурчал Аттес себе под нос.

— Не думаю, что ты когда-либо приветствовала меня подобным образом, — сказал Холланд, его голос был более низким и грубым, чем обычно. — С тех пор как ты была ребенком. Я не ожидал такого после…

Я глубоко вдохнула, вдыхая знакомый запах железа и земли. Мои мысли были в беспорядке. Хотя я понимала, почему, я все еще злилась на него за то, что он знал о возможности случившегося в Ласании и ничего не сделал, но мне нужны были эти объятия человека, который был для меня самым близким отцом. Я любила его, и, боги, мне было приятно осознавать, что я все еще чувствую это.

— Прости меня, — хрипло прошептала я. — Прости за то, что я сделала.

— Я знаю, Сера. — Его объятия сжались, и я поняла, что он понял, за что я прошу прощения. — Я знаю.

Слезы навернулись мне на глаза, когда я вцепилась пальцами в спинку его туники.

— Ты… ты прощаешь меня? — спросила я, хотя знала, что не заслуживаю этого.

— О, Сера. — Его подбородок опустился, и он тихо сказал: — Тебе нужно не мое прощение, но оно у тебя есть.

Я выдохнула с трудом, крепко прижимаясь к нему. Постепенно я вспомнила, что мы не одни. Щеки горели, и я подняла голову.

Холланд улыбнулся и протянул свои руки к моим. Он легонько сжал мои пальцы, а его взгляд устремился на Эша, стоявшего теперь всего в футе позади меня.

— Я тоже рад тебя видеть.

— Я тоже, — ответил Эш с таким же энтузиазмом, какой проявлял Ривер, рассказывая о том, как он отрабатывал буквы.

— Эш, — прошипела я.

Холланд захихикал, ничуть не обеспокоенный.

— Все в порядке. — В последний раз сжав мои руки, он отпустил их. — Он имеет право опасаться моего присутствия. — Взгляд Холланда, странный, но красивый, переместился на остальных, которые остались неподвижными. — Привет.

— Привет. — Сайон растянул слово, а бледнолицый Рейн поднял руку в знак признательности.

Аттес поднял свой бокал в знак приветствия.

— Не думаю, что мы знакомы.

— Не встречались, — ответил Холланд. — Но это хорошо, не так ли?

Аттес фыркнул, и мои брови сошлись.

Эш обхватил меня за талию, отведя назад, так что он снова оказался на волосок позади меня.

Я закатила глаза, находясь между очарованием и раздражением от того, что он явно перешел в режим яростной защиты.

Холланд снова обратил внимание на меня, но его взгляд ненадолго упал на руку Эша. Улыбка снова расширилась, когда он вновь сфокусировался на мне.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо. Я имею в виду, что чувствую себя сильнее, чем когда-либо. — Я уставилась на него, все еще немного шокированная его появлением и не зная, что ответить. В последний раз, когда мы виделись, было не время для обмена любезностями. — Я все еще привыкаю к этому предвидению.

— Нужно время, чтобы привыкнуть к этому, но скоро ты действительно станешь всезнайкой.

Мой смех дрогнул.

— А я-то думала, что уже стала.

— Итак, рискну предположить, что вы знакомы? — заявил Аттес.

Я начала отвечать, но остановилась, не зная, чем могу поделиться.

— Я знаю Серафину с самого детства. — Холланд сцепил руки за спиной. — Я обучал ее.

— Тогда ты… выступал в роли ее виктора. — Аттес изучал Холланда из-за ободка своего бокала. — Не знал, что араэ разрешено так много делать.

— Мы многое можем сделать, — ответил Холланд. — Как вам хорошо известно.

Мой взгляд метнулся к Аттесу. Первозданный опустил свой бокал. Знал ли он, кем на самом деле был Холланд? Нектас не сказал, что никто из других Первозданных не знает, — он лишь отметил, что помнит Древних яснее, чем некоторые из старейших Первозданных.

— Я бы хотел задержаться, но это, скорее всего, вызовет гнев остальных. — Холланд прочистил горло и наклонился к нам с Эшем. — Ты вызвала Судьбу?

— Верно, — ответил Эш.

Я бросила на него предупреждающий взгляд через плечо.

Эш проигнорировал его.

— Мы ценим тот факт, что ты постучался. Последний не стучал.

— Это Айдун, о котором ты говоришь, — ответил он. — Он не отличается благопристойностью.

— Не могу с этим поспорить, — сказала я. — Мы хотели договориться о встрече с Колисом.

Холланд и глазом не моргнул.

— Когда и где?

— В Стране Костей, — сказал Эш, назвав место, наиболее близкое к Дубовому Амблеру, но не являющееся населенным пунктом в царстве смертных. — И как можно скорее.

Холланд кивнул, сцепив руки.

— А причину, — сказал он, поймав мой взгляд, — Ты хочешь назвать для встречи?

Я поняла, о чем он спрашивает. Он хотел знать, во что мы хотим, чтобы Колис поверил. Он спрашивал о лжи.

— Мы хотели бы заключить перемирие.