— Судьбы, — прохрипел Рейн.

Аттес свесил голову от стыда, который ему не принадлежал.

— Я больше не буду рисковать жизнями тех, кто мне дорог, — сказала я им. — Если какие-то силы будут восприниматься как угроза, уничтожьте их.

Сайон кивнул, гнев смешался с недоверием в его лице.

— Понял и согласен.

Лейла присоединилась к нему, ударив кулаком по груди.

— Мы с радостью выполним этот приказ.

Я вдохнула, преодолевая жжение в горле и глазах.

— Белль, — сказал Аттес. — Ты должна защищать границы своего двора.

Ноздри Белль вспыхнули.

— Я должна защитить свою королеву…

— Ты будешь делать именно это, следя за тем, чтобы твой двор не попал в руки Колиса, — сказала я.

Челюсть Белль сжалась, но она кивнула.

— Обещаю, этого не случится.

— Я знаю, — я заставила себя сглотнуть. — Колис ранен. Он будет в отключке, но я не знаю, как долго. И я полагаю, что Кин не в лучшей форме.

— Нет, — подтвердил Аттес.

— Но мы должны планировать, что любой из них может сделать шаг в любой момент, — продолжила я, взглянув на Рейна. — Нам нужно послать силы на Сирту, чтобы поддержать Белль.

Последовало несколько кивков.

— Я также пошлю дивизию, — Аттес дернул меня за талию. — Идем.

Карс отошел от пьедестала и остановился перед нами. Он опустился на одно колено и склонил голову.

— Я сожалею о твоей утрате, — сказал он, его голос был густым. — Пусть твоя семья будет принята в объятия тех, кто ждет их в Долине.

Слезы застряли у меня в горле и застилали глаза. Я почувствовала, что начинаю дрожать и еще больше раскалываюсь.

— Спасибо.

Я понятия не имела, как оказалась в своих покоях: шла ли я сама или Аттес тенью пронес нас — ведь он мог нести меня на руках. Но мы были там.

Я оглядела помещение. Теперь все выглядело по-другому.

Аттес встал передо мной и взял мою левую руку в свою.

— Сера…

Закрыв глаза, я тут же пожалела об этом. Все, что я видела, — это страх на лицах Избранных. Тела моей семьи, незнакомцев и богов — тела, которые я оставила после себя.

Я коротко вдохнула и, высвободив руку из его хватки, отступила на шаг назад.

— Даметрия, — вздохнула я.

Аттес нахмурился.

— Что?

Часть меня не хотела спрашивать, потому что если я что-то с ней сделала…

— Она была в Далосе? Во дворце Кор или в Убежище?

В его глазах мелькнуло понимание.

— Нет, не была. Ей не причинили вреда.

Слава богам.

Аттес придвинулся ближе.

— Ты все еще не закрыла эту рану. Она не заживет, пока ты не сделаешь это.

— У меня не было времени, — по правде говоря, я совсем забыла об этом.

— Тебе нужно закрыть рану.

Я уставилась на рваные проколы, чувствуя, как Нектас приближается. На моей руке было так много крови, что я не знала, кому она принадлежит.

— Клянусь судьбой, Сера, если для этого мне придется заставить тебя открыть рот, я это сделаю, — прорычал Аттес. — Я даю тебе еще один шанс сделать это самой, потому что Никтосу не нужно возвращаться, чтобы увидеть твое полуразорванное запястье.

Никтос.

Эш.

Его имя пронзило мою грудь гораздо больнее, чем любая стрела или кинжал сегодня. Боги, что бы он подумал обо мне сейчас? Будет ли он по-прежнему говорить, что я добрая и преданная? Что я думаю о других, а не о себе? Что я не чудовище? А паника, которую он, должно быть, испытывал, пока я сражалась с Колисом… Меня пробрала дрожь, когда я подняла запястье и запечатала раны.

— Спасибо, — Аттес провел рукой по волосам, а затем опустил ее. — Сера, я… — он ненадолго закрыл глаза, а затем покачал головой. — Никтос влепит мне в три раза больше, чем в прошлый раз, за то, что я оказался с тобой в твоих покоях, — пошутил он, но дразнящий тон не прозвучал ни в его глазах, ни в его тоне. Он тяжело выдохнул, а затем обхватил мою шею сзади. — Прости меня, Сера. Мне так жаль за все.

Все.

Я не хотела этого слышать, потому что как я могла извиниться перед всеми теми, кто потерял сегодня близких людей? Я отстранилась от него, мое горло сжалось.

— Колис сказал, что ничего этого не случилось бы, если бы я отдала ему Соторию.

Черты лица Аттеса напряглись.

— Сера…

— Ты должен убедиться, что она в безопасности, — сказала я, затаив дыхание. — Если он доберется до нее, то все смерти будут напрасны.

В его глазах заблестел эфир.

— Он не получит ее.

Нектас распахнул балконные двери. Он пересек расстояние, его длинные волосы развевались за спиной.

— Мейя Лисса.