Этот месяц я провел как послушный щенок Альтинга: присутствовал на каждой встрече, обсуждал подавление повстанческого движения, выдвигал предложения по развитию новых департаментов организации. Я занимался всем тем, чем когда-то занимался мой отец. Голова кипела от информации, хотя я готовился к этому со времен Падения.

Всё, что мне нужно было сделать – дожить до вступления на должность. Я должен был официально забрать власть в свои руки и уничтожить ЦЭС, чтобы не навредить своей сестре и близким людям.

Однако по понятным причинам представители корпорации не допускали меня до своих секретных совещаний. Это единственный раз, когда я мог присутствовать во время их обсуждений. И почему-то мне казалось, что такая возможность не приведет ни к чему хорошему, но я не мог упустить шанс узнать что-то важное.

– Мистер Алькастер, – протянула женщина, сидящая на кожаном белом кресле за круглым столом, заставив меня опустить на нее взгляд. – Вы систематически опаздываете на все собрания Альтинга, однако мы не приемлем подобную безответственность.

Мои руки зачесались, потому что за поясом брюк покоился пистолет. Желание выпустить пулю в лоб или призвать силу, обрушив на нее мощный удар, охватило каждую кость в теле, но я лишь усмехнулся.

Отодвинув кресло, опустился в него и закинул ноги на стол. Доберманы приняли стойку с обеих сторон от меня, готовые броситься на врага и распотрошить его по моему приказу.

– Дамы и господа, мне очень нравится ваша компания, но давайте не будем отвлекаться на разговоры. В моем кабинете сидят две обнаженные девушки, которые жаждут отсосать мой член. Благодарю за понимание.

Кто-то закашлялся.

Конечно, в моем кабинете не было ни одной обнаженной девушки, потому что единственная, кто могла прикасаться ко мне, патрулировала сейчас пятый сектор. Камеры охватывали весь Рейкьявик: я различил ее даже в маске, скрывающей половину лица, и с накинутым на голову капюшоном.

Рядом с ней стояла девушка, выпустившая когти и клыки. Рейвен. Я улыбнулся при взгляде на нее, вспомнив наше испытание на горячей точке, когда у нее проявился эфир.

Но Марлоу не могла знать, насколько они важны для меня.

Если она поймет, что для меня значит Ксивер, это сделает ее мишенью. Хотя с вероятностью девяносто девять процентов она помнила эксперимент и то, как зарождались наши чувства. Она помнила, как я влюблялся в нее, когда каждые три минуты смотрел на ее волосы и улыбался.

– Вы как всегда красноречивы, мистер Алькастер. – Глаза Трионы резали меня, словно кинжалы. – Это станет хорошим качеством для правителя, когда вы войдете в должность. Главное, чтобы Альтинг не посчитал вас… недостойным.

Я сжал челюсти, но тут же расслабился.

– К вашему сожалению, этого никогда не произойдет.

Это правда. Альтинг – меньшая из зол.

Большая окружала меня прямо сейчас.

Я мельком осмотрелся. В ЦЭС входило семь человек: четыре женщины и три мужчины, которые держали в руках жизни тех, кто не погиб во время катастрофы. Их лица не выражали ничего, кроме жажды познания, граничившего с безумием. Так происходило всегда, когда человек настолько погружался в свою идею, в свой мнимый идеал, что не видел ничего вокруг. Для него становилось неважно, сколько человек окажутся под землей, если в итоге он получит желаемое.

Это фанатизм.

Это сумасшествие.

– Хорошо, – провозгласила Триона, повернувшись к длинному экрану за спиной. – Раз все в сборе, давайте начнем. Я подготовила отчет о методе борьбы с триадами и новой сыворотке. Чтобы начать ее применение, нужно согласие большей части консилиума.

Я смотрел перед собой с равнодушным выражением лица, пока сердце бешено колотилось в груди. Что она задумала?

– Новая сыворотка, которую мы получили от гена первого подопытного и соединили с генами брата и сестры, неожиданно возымела должный эффект. – На экране появилось переплетение молекул. – ДНК Зальцри совпадают только на пятьдесят процентов, что логично, потому что они не однояйцевые близнецы. Их генетические коды не настолько идеальны, но они идеально сошлись с генетическим кодом Ремали.

– Ранее вы никогда не пытались работать с ними в связке? – спросила незнакомая женщина.

– Нет, по опыту других исследований мы посчитали это опасным. Но пару месяцев назад у нас появилась возможность снова изъять ликвор Зальцри, поэтому мы решили рискнуть. К сожалению, нас покинула Роксания Нуар. – Триона перевела взгляд на меня. В ее глазах вспыхнуло обещание возмездия, на что я сжал кулаки. – Тем не менее наши опытные коллеги справились без нее.

Меня охватило осознание.

Тогда на острове она всё же смогла сделать это. Черт возьми! Видимо, Триона всё-таки не доверяла нам с Роксанией и изъяла спинномозговую жидкость заранее, а позже осуществила свой план, чтобы пробурить Лиру.

Я задрожал от ненависти.

– И чем же примечателен этот вид сыворотки? – спросил мужской голос.