Она провела руками вверх по моей груди, а я весь покраснел от осознания того, что за мной наблюдает более сотни человек. Конечно, я стоял ко всем спиной, но… Черт, это плохо. Очень плохо. Что мне делать?

– Мистер Зальцри, вам помочь? – послышался голос профессора.

Роксания положила руку на мой член, и я начал молиться всем известным мне Богам.

– Н-нет, просто задумался, – ответил, продолжив писать предложение сквозь туман в голове.

Роксания хихикнула.

– О, Кингсли, я уже ему помогаю…

– Это месть за тот раз в кабинете, да? – прохрипел я срывающимся тоном. Перед глазами вспыхнули воспоминания, как мой язык скользит по ее нижнему белью, пока она проводит занятие какому-то студенту.

Роксания двинула ладонью снизу вверх по моему члену, и мел между пальцами с треском сломался.

– Моя месть слишком сладка на вкус, малыш.

Малыш.

Твою мать.

Кажется, терпение, которое она показывала на протяжении всего этого времени, бесследно испарилось. Эта девушка открыла мне свою слабую сторону, поэтому я забыл, каким горячим темпераментом она на самом деле обладала.

Я взял новый мел и отошел в сторону, чтобы создать дистанцию, в которой впервые настолько сильно нуждался, однако уже через секунду ее зубы прикусили мою шею.

Она зашептала мне на ухо:

– Ты можешь бегать от меня сколько угодно, но я не буду ждать вечность. Я хочу тебя, Крэйтон. Я хочу научить тебя всему, на что ты будешь готов. – Мое дыхание прервалось, когда она прижалась своим тазом к моему. – Я хочу взять тебя в рот, чтобы ты кончил мне на лицо, пока остальные будут ждать начала занятия в коридоре. Я хочу, чтобы ты трахнул меня прямо на этом столе, а потом я научила тебя целовать свою девушку…

– Я умею целоваться, – вырвался из меня тихий протест.

– Не там. Другое место.

О, Господи.

– Я хочу ходить мимо всех этих девушек, которые смотрят на тебя со слюной у рта, пока твоя слюна будет стекать по моим бедрам, – продолжила Роксания, и я прижался лбом к доске. Она меня убивает. Мне конец. – А еще я хочу спать с тобой в одной кровати. Хочу готовить тебе на завтрак подгоревшие тосты, потому что с едой у меня не ладится. Хочу, чтобы ты читал мне свои любимые книги и включал свою любимую музыку.

Заигрывания Роксании – это одно, но когда она говорит с тобой таким пылким и искренним тоном – другое. Сердце сбилось с ритма от осознания ее слов. От картины, которая открылась моим глазам.

Наше будущее.

Роксания прижалась поцелуем к моим губам.

– Я. – Поцелуй. – Хочу. – Поцелуй. – Тебя.

– Мистер Зальцри, мне кажется, вы немного припозднились.

Тепло Роксании резко исчезло, и я распахнул глаза.

В Атриуме остались только мы с Кингсли.

– Думаю, вам нездоровится. – Профессор подавил смешок и отвернулся. – Лучше прикройтесь, иначе нас не поймут.

Я ее придушу.

***

Когда ночью я завалился в комнату, выжатый, как лимон, все уже спали. Однако на моей кровати что-то лежало.

Коробка.

Раскрыв ее, я увидел… виниловые пластинки. Множество разноцветных пластинок старых групп, которые я слушал дома. С родителями и Ксивер.

Мои глаза неосознанно заслезились, и я провел рукавом по лицу, злясь на себя за слабость. Между пластинок Chase Atlantic и Imagine Dragons была вложена записка.

«Я хочу каждую твою мелодию».

Вчера я начала задумываться: есть ли жизнь после смерти? Куда я попаду, если внезапно покину этот мир? Моя душа будет скитаться по аду, или я стану чьим-то ангелом-хранителем? Существуют ли они вообще, и есть ли хранитель у меня?

Эти мысли всё чаще и чаще проникают в мое сознание, напоминая мне тот самый день. Я снова захлебываюсь водой. Снова вижу мальчика, который просит меня остановиться. Снова слышу голос брата, только даже они не переубеждают меня сделать шаг и…

Освободиться.

Личный дневник Ксивер Зальцри, 2053 год, Круачейн

Уехать в Акранес мы смогли только через две недели.

Путь должен был занять час, но из-за официального вступления Марлоу в Альтинг и пропажи наследника верховного правителя в кластере открыли больше проверочных пунктов. Миротворцы патрулировали все главные трассы, поэтому пришлось искать другую дорогу.

По навигатору в телефоне Кая новый путь занимал целых пять часов, поэтому после полуночи я устроилась на пассажирском сиденье в облегающих штанах для йоги. Перед выходом Кай натянул на меня свою толстовку, потому что я собиралась ехать в одной футболке.

Я закатила на этот жест глаза, но в глубине души мне стало жарко от мысли, что он заботится обо мне.

Зейден и Сиера ехали отдельно на машине Блэквудов, а Каю пришлось отказаться от своей «серебристой девочки», потому что ее знали во всем кластере. Мы улизнули среди ночи и никого, кроме друзей, не предупредили, однако я удивилась, когда Кай позвонил Саре и ее человек пригнал нам черный «Mercedes».