– Предлагаю сделать так, – начала Роксания, удобнее усаживаясь в кресле. – Пока я всеми силами буду стараться раскрыть твою плеяду, мы также поработаем над знаниями теории. В дополнение к этому каждый урок ты будешь отвечать мне на один-единственный вопрос.

– А что не так с моими знаниями теории? – возразил я, пытаясь скрыть недовольство и крупицу обиды. – Я сдал первый тест на максимум.

Роксания перестала листать книгу и, подняв взгляд, посмотрела на меня сквозь стекла очков.

– Тогда скажи мне, почему Ремали сама не одолела всех триад, а передала силу трем обычным людям?

У нее не получится обвести меня вокруг пальца.

– Потому что открытых разломов в пространстве и времени, откуда вырывались триады, было слишком много.

– Ты так считаешь?

Ее вопрос сбил меня с толку. Я ответил, но уже не так уверенно:

– Многая информация о Падении засекречена. Всё, что касается прародительницы Ремали, Альтинг до последнего скрывает от общества, чтобы пресечь угрозу революции.

Роксания усмехнулась.

– Если не хочешь узнать настоящий ответ на этот вопрос, можешь идти.

– Так это ложь? – растерянно спросил я, придвинувшись ближе. – Откуда у вас такая информация?

– Если ты считаешь, что отлично помнишь всю теорию, тогда и живи со своими знаниями, мистер Зальцри. Возвращайся, когда снизойдешь до моей помощи.

Дыши, Крэйтон. Спокойно.

Я остался сидеть на месте.

Роксания улыбнулась, словно другого ответа и не ожидала. Она снова начала искать что-то в книге и легкомысленно бросила:

– Покорми, пожалуйста, моих змеек, пока я ищу материал.

– Я? – Надеюсь, мой голос не выдавал того ужаса, что я чувствовал.

– Ты видишь здесь кого-то еще? – фыркнула Роксания, посмотрев на меня из-под опущенных ресниц. – Шкафчик слева от террариума, вторая полка. Там есть небольшой холодильник.

Нуар хочет меня убить.

Боги милостивые, за что она так со мной?

Террариум казался слишком большим для двух мелких змей. Они спали, свернувшись в один клубок в углу застекленного куба, и не подавали никаких признаков жизни. Словно умерли – так же, как и я, пока искоса наблюдал за ними, рыская в холодильнике.

– Нет, – отрезала Роксания, даже не повернувшись. – Не лягушек, а куриное мясо.

Я глубоко вдохнул, пытаясь подавить рвотные позывы. Хотя в эту секунду удивился, что в кабинете пахло не чем-то мерзким, а теми самыми духами Нуар – чувственными, со сладкими нотками роз.

– Откуда у вас мясо животных? – спросил я, пытаясь понять, с какой стороны подобраться к двум убийцам.

Роксания выдержала короткую паузу, но всё же ответила:

– Есть связи.

Она заметила, как кривится мое лицо, когда я надел перчатку и взял в руки кусок мясо.

– Дай угадаю, – хмыкнула профессор, – ты веган?

– Вегетарианец. Не переношу мясо.

Змеи бодро закрутились на дне террариума, когда я открыл крышку и так сильно швырнул кусок мяса, что чуть не придавил их.

– Господи, Крэйтон! За что ты так с ними? Они же милые, – недовольно воскликнула Роксания, встав из-за стола и бросившись в мою сторону. – Попрошу я тебя еще о чем-нибудь…

– Они кровожадные убийцы, которых нужно поджарить на костре, – мрачно пробормотал я, наблюдая, как профессор Нуар залезает в террариум чуть ли не по пояс, успокаивая обиженных змей.

– Не слушайте его, он всегда такой грубый.

– Они вас не понимают, профессор Нуар.

– Еще одно слово – и в этом кабинете прольется кровь.

– Вы опять мне угрожаете? – прищурился я.

Роксания встала напротив меня, сложив руки на груди.

– Что значит опять?

– Когда мы с Рейвен опоздали на ваше занятие, вы написали, что Ксивер понесет наказание, если мы не придем через пять минут.

– Ненавижу опоздавших.

Мы пристально друг друга рассматривали, пытаясь понять, кто сдастся первым.

Сбоку послышался шорох.

– Твою мать, – вздрогнул я, когда напротив моего лица появилась мордочка змеи. – Вы не привыкли закрывать террариум?

Роксания засунула змею обратно и с грохотом захлопнула крышку.

– Животных нельзя держать в клетке, Крэйтон. И я думала, ты не ругаешься.

Как ее допустили до преподавания? Она всего лишь на три года старше меня, а ведет себя так, будто правит миром и знает всё на свете.

– Мы уже говорили, что сила Ремали может пробудиться из-за нескольких факторов, – начала Роксания, когда я сел напротив нее за стол. – Из-за эмоционального стресса. Например, инициация. Твоя сила пробудилась, потому что почувствовала опасность для твоего тела, но сразу же угасла. Это как защитная реакция, понимаешь?

Я кивнул.

– Ген пробудился, потому что испугался… моей смерти. – Из меня вырвался смешок. – Но вы говорили, что страх за близкого тоже сыграл свою роль?