Голубые глаза смотрели на меня с вызовом, пока она мягко раскачивалась вперед-назад. С каждой секундой, проведенной вместе, эта девушка открывалась мне с новой стороны. Я хотел увидеть каждую грань, которую она была готова пересечь. Хотел увидеть, как эти персиковые губы выкрикивают мое имя от наслаждения, а не с мольбой о скорейшей смерти.

Так было всегда.

Но не с ней.

– Ты хочешь кончить, пока трешься своей киской о мой мотоцикл, когда вокруг нас толпа зрителей? – прохрипел я, не отводя от нее пытливого взгляда. – Что тебя так возбудило?

Дарси задышала чаще и прерывистее. Ее брови нахмурились и сошлись почти на переносице, а жар распространился по лицу, скрытому шлемом, заставив кожу покраснеть. Этот вид мог лишить меня рассудка. Я сдерживался из последних сил, сжав руль мотоцикла и вонзив в него ногти, чтобы не взять ее прямо здесь и сейчас.

– Ты. Сначала… Сначала то, как ты выглядел во время гонки, – выдохнула Дарси охрипшим голосом. – А потом… Потом то, как ты дрался.

– Тебя возбуждает насилие?

Прикрыв глаза, она кивнула.

– Какая плохая девочка, – промурлыкал я и обхватил ладонями ее стройную талию, пробравшись под толстовку. – Поскачи на нем так, будто это мой член. Представь, что трахаешь меня в первый и последний раз.

Она заскулила и опустила подбородок, всё быстрее и хаотичнее скользя по сиденью. Я с восхищением наблюдал за тем, как ее задница ударяется о мой пах. Раз, второй, третий. Лучшее зрелище, от которого меня накрыла такая волна вожделения, что закружилась голова.

Из Дарси вырвался рваный всхлип, а небесные глаза закатились к затылку. Она откинула голову и вцепилась ногтями в мои предплечья, полностью отдаваясь удовольствию.

Эта девушка божественна.

Когда ее расширившиеся зрачки встретились с моими, я понял, что она близко. Сжав одной рукой тонкое горло и заставив ее задохнуться, я впился второй в бедро, дрожащее от надвигающегося оргазма.

Дарси на мгновение замерла, а я тихо приказал:

– Кончай.

Ее тело пробрала крупная дрожь. Она закричала и впилась ногтями в мою кожу с такой силой, что пустила кровь. Я крепко прижал ее к своей груди, проживая каждый спазм вместе с ней. Она подрагивала в моих руках, будто впервые в жизни испытала такой мощный оргазм – даже без проникновения.

– Ш-ш-ш… – прошептал я, довольно улыбаясь. – Тише…

Продолжая прижимать Дарси к себе одной рукой, я успокаивающим жестом погладил второй ее горло. Она пахла чем-то сладким, лавандой и карамелью – не сдержавшись, я зарылся носом в ее шею. Мне хотелось откусить от нее кусочек. Поглотить, чтобы она не помнила ничего, кроме меня.

Дарси тяжело выдохнула, и ее тело полностью обмякло. Я удивился, когда она сняла шлем и поднесла к лицу мою руку, которую поцарапала во время оргазма.

Однако когда ее язык скользнул по моим пальцам и слизал кровь, я понял, что не ошибся.

Понял, как прекрасно будет выглядеть после взлета ее падение.

– Какова на вкус свобода?

На ее губах появилась улыбка.

– Сладкая.

Время до Хэллоуина пролетело незаметно.

После той злополучной гонки, когда я буквально трахнула мотоцикл Бишопа, прошло несколько недель. Я всё так же посещала занятия в академии, обслуживала посетителей в клубе и проводила время в «Фортуне», параллельно краснея от воспоминаний, как моя задница трется о его твердый член.

Он словно проверял меня на прочность, мелькая в затемненных уголках «Чистилища», но не подходя ближе. Между бедер горело и пульсировало, когда Бишоп появлялся на горизонте, случайно задирая футболку и открывая вид на косые мышцы торса. Или когда обходил меня за барной стойкой, прижимаясь пахом к моим ягодицам, а затем резко исчезал.

Я знала, что он делал.

Хотел, чтобы я снова прибежала к нему, как собачка, и попросила о большем. Пытался сделать меня одержимой. Нагло привязывал к себе и манипулировал, то отдаляясь, то приближаясь катастрофически близко.

Но я сдерживалась.

Ладно, не всегда.

Я: Как я записана у тебя в телефоне?

Никогда не пиши ему: Это ты, Стелла?

Я: Ха-ха, да ты шутник, Кэмерон.

Я посмотрела на него сквозь толпу посетителей и увидела, как он сверлит меня рассерженным взглядом.

Один-один.

Никогда не пиши ему: Это останется моим секретом, а ты будь менее любопытной для своего же блага.