– Мне. – Бишоп усмехнулся уголком губ и медленно обвил рукой мою талию, развернув к себе спиной. – Она отсосала мне. И, кажется, проблема была не в девушке, а в ее напарнике.

От звука его голоса мое сердце бешено заколотилось.

Атмосфера на футбольном поле сразу же изменилась. Температура упала на несколько градусов, из-за чего по спине поползли мурашки. Я постаралась не вздрогнуть, когда холодные пальцы скользнули по моему обнаженному животу, слегка пробравшись под ткань топа.

Бишоп положил подбородок на мое плечо и усмехнулся.

– Привет, детка.

Повернув голову, я встретилась с его испытующим взглядом.

– П-привет.

О, дерьмо, что он тут делает?

– Полагаю, спасаю тебя от позора, – прошептал он мне на ухо.

Отлично, я спросила это вслух. И мы серьезно будем заикаться, как пятиклассницы при виде парня из старшей школы?

– Я собиралась уходить, – ответила, сгорая со стыда.

За то, что Бишоп слышал, как меня унижали при всей команде. За то, что все вокруг таращились на меня так, будто я была любовницей их отцов.

Меня аж замутило от этой мысли.

– Мы не уйдем отсюда, пока ты не подойдешь к той стерве и не скажешь всё, что хотела сказать до моего появления. – Я отвела взгляд, но он обхватил мой подбородок двумя пальцами. – Не залезай обратно в свою раковину. Дай ей отпор, иначе это никогда не закончится. Либо это сделаю я, но последствия тебе не понравятся.

– Нет смысла что-то доказывать, – пробормотала я.

– Тебе и не нужно ничего доказывать. Нужно показать свою силу, иначе твоим молчанием будут пользоваться, считая его слабостью.

– Боже, какие татуировки… – послышался со стороны женский вздох. – Неужели это Бишоп Картрайт? Помнишь, Элли рассказывала, как трахалась с ним на его мотоцикле?

Я тут же вспыхнула.

Мои глаза сузились, когда нашли подружек Изабель. Они смотрели на Бишопа так, будто собирались залезть на него, как на дерево, и облизать с головы до ног. И это в тот момент, когда он буквально обнимал меня и называл деткой?

– Элли давно пора следить за своим языком, а вам перестать обсуждать моего парня, пока я стою в двух шагах от вас.

Над головой раздался смешок, а я чуть ли не округлила глаза, когда поняла, что только что сказала.

– Очень хорошо. – Бишоп отстранился и слегка подтолкнул меня со спины. – А теперь не сдерживайся. Если полезут в драку – у меня есть нож. И кое-что похуже.

Не знаю, почему на меня так подействовало его присутствие, но я сделала глубокий вдох и шагнула вперед.

Они были правы: я часто отмалчивалась, не желая развязывать очередной конфликт. Но когда-то всему приходил конец, а сегодня мне надоело терпеть глупые насмешки и поддаваться стадному инстинкту, процветающему в этой академии.

Встав вплотную к Изабель, я оглядела ее с ног до головы.

Дорогую черно-золотую форму чирлидерши, которая идеально сидела на подтянутом теле. Шелковистые волосы, уложенные в крупные локоны. Макияж, сделанный так, будто она собиралась на красную ковровую дорожку.

– Ни одного из вас не касается моя личная жизнь, но почему-то вы не можете запомнить это с первого курса. Вас всегда волнует, кто чем занимается, кто с кем трахается, кто где проводит ночи. Знаешь, в чем твоя проблема, Изабель? – Я подавила улыбку, когда она недовольно поджала губы. – Ты злишься, потому что не можешь позволить себе то, что позволила себе я. Потому что сидишь в золотой клетке и делаешь вид, что не хочешь открыть ее как можно скорее.

Я посмотрела на Кейджа. Он покачал головой, переводя взгляд с меня на Бишопа, стоящего за моей спиной.

– С нетерпением жду момента, когда все узнают, какой ты бесхребетный, завистливый и глупый мальчишка. Как тебе нравится самоутверждаться за счет женщин и тех, кто слабее. Ведь что еще может делать человек, который по горло сыт властью? Только принуждать девушек к сексу и шантажировать их фотографиями.

Его взгляд ожесточился, и по толпе прошлись изумленные шепотки.

Пусть знают, что скрывает их золотистый ретривер.

– А ты, Изабель. – Я снова посмотрела на нее. – Говоришь, что жалела нас с Леонор, но теперь я могу сказать тебе то же самое. Мне жаль, что ты стала такой пустой сукой, которая получает удовольствие от причинения боли другим. Надеюсь, в аду для тебя найдется отдельный котел. И даже там я не протяну тебе руку помощи.

Развернувшись, я подняла средний палец.

– Продолжайте целовать друг друга в ваши богатые задницы. И если хоть слово скажете про Леонор, Джереми или Алекса, я перестану сдерживаться.