А вот Доминику я так взглядом и не нашел. Но раз Эмилио находился в этом зале, то и она должна была быть здесь.

***

Я вышел на балкон, и вечер казался слишком долгим, а напряжение, вызванное ее присутствием на этом торжестве, становилось все труднее переносить.

Курение в последний год стало крайним способом расслабиться, и сейчас мне это было необходимо, как никогда.

Прохладный ночной воздух обдувал лицо, принося некое облегчение. Достал сигарету из пачки, зажег ее и сделал первую затяжку, прикрыв глаза. Но вдруг услышал тихий шепот за своей спиной:

─ Не знала, что ты куришь.

Подняв веки, обернулся и увидел ее.

Доминика стояла в углу балкона, освещаемая лунным светом. Ее платье слегка колыхалось на ветру, а глаза блестели в темноте. Я не мог поверить, что она была здесь, но в тоже время, за последние дни начал понимать, что присутствие становилось все более неизбежным, и совсем было неважно, где находился.

─ Что ты здесь делаешь? ─ я старался сохранять хладнокровие, хотя сердце уже сбивалось с привычного, спокойного ритма..

─ Я … ─ замялась, словно сама не знала ответа. ─ Я просто хотела… уже уйти отсюда. Но потом увидела, как ты вышел на балкон.

Поднеся сигарету к губам, затянулся, пытаясь не показывать, как сильно присутствие девушки влияло на меня.

Запрещено, Риккардо. Заруби уже это себе на носу!

─ Тебе лучше вернуться внутрь, ─ я избегал ее взгляда. ─ Здесь небезопасно.

Доми подошла ближе, и я мгновенно ощутил запах нежного и ненавязчивого парфюма. Пальцы чуть крепче сжали сигарету, чувствуя, что она вот-вот могла сломаться.

Девушка заглянула мне в глаза, смотря на меня с высоты своего миниатюрного роста. В ее небесных радужках было что-то такое, что переворачивало органы внутри моего тела, не позволяя вернуться на место.

─ Разве ты сможешь причинить мне боль? ─ тихий голос коснулся моих ушей.

─ Почему ты считаешь, что нет? ─ задал ей встречный вопрос, мучавший меня. ─ Я ─ Капо Сант-Хилла, Доминика. И мне кажется, что ты не понимаешь, что значит быть моим врагом. Наша вражда ─ не просто ссора между семьями. Это многолетняя война, где нет места компромиссам. Она началась по острым причинам еще между наших дедов, и на такое не закрывают глаза просто так. Даже спустя столько лет. Нужны гораздо сильные причины, чтобы хотя бы появилась мысль о том, чтобы что-то изменилось.

Она наклонила голову к плечу, продолжая смотреть на меня, не испугавшись того холодного и жестокого взгляда, которым япостарался ее одарить.

─ Ты не ответил, ─ нахмурилась Доми, проигнорировав мои слова.

Я долго смотрел на нее, взвешивая слова, пока сигарета догорала до фильтра, и, наконец, произнес:

─ Боль ─ неотъемлемая часть нашего мира. Но я не хочу причинять тебе вреда Вот только, если мы и дальше продолжим как-то общаться, то это неизбежно приведет к неприятностям. Я не могу гарантировать тебе твою безопасность, Доминика, если ты решишь пойти против правил.

Она внимательно выслушала меня, и ее глаза наполнились решимостью, которую разумная часть моего сознания совсем не хотела увидеть.

─ Понимаю твои опасения, ─ голос Доминики был непривычно твердым и уверенным. ─ Но мне не страшна боль.

Ее губы растянулись в грустной улыбке.

─ Я готова рисковать потому, что считаю, что это того стоит. Не хочу отказываться от возможности узнать тебя получше. Пусть это глупо и будет опасно, но я не уйду просто так.

Хотелось ответить, сказать ей, что она еще молода и жила в мире романтических иллюзий, которые давали ей ощущение полного контроля над обстоятельствами, но не смог открыть рта, ─ Доминика шагнула чуть ближе, сокращая расстояние и продолжая смотреть на меня этими чертовски красивыми глазами.

Твою ж мать, куда я лезу?

Я не мог отвести взгляда от ее глаз, и в этот момент почувствовал, как наша невидимая, непонятно откуда возникшая, связь становилась неразрывной.

В сознании звучали тревогой предупреждения, и, с одной стороны, я знал, что наш мир ─ это место, где правила и законы диктовали, что делать. Но решимость Доминики, с которой она шагнула на этот риск, разбивала мой внутренний барьер.

Опустил взгляд на чуть приоткрытые пухлые губы блондинки и сильнее, до боли сжал челюсти.

Стоп!

В подсознании загорелся красный свет: я еще не совсем выжил из ума.

Целовать Доминику ─ не просто нарушение всех установленных правил, а настоящее самоубийство. Я был бы настоящим психом, соверши такое.

Но ее запах манил, взгляд удерживал, как в капкане, а эта близость невинного тела настораживала и, в то же время, притягивала, как магнитом.

Я наклонился к ее лицу так близко, что между губами оставались лишь какие-то миллиметры. Она задержала дыхание и застыла на месте, опустив взгляд.

Блять, как меня манили ее губы, одному Богу известно.Но…

─ Подумай о своей безопасности прямо сейчас,Доми.