В нашей доме ее любили все, как сестру, и ни один из членов семьи Карбоне никогда бы не посмел навредить ей или, тем более, позволить это сделать кому-то другому.

Аннетт была моей женой, но никогда моей женщиной.

«Теплые руки скользнули по моим плечам, начиная разминать их, пока откидывался на спинку кожаного стула.

Это была сложная неделя, и мне пришлось практически не вылезать из своего кабинета в особняке или офиса. Дон дышал в затылок каждый гребаный день, и я уже начинал сходить с ума от всего этого.

Аннетт спокойно массировала плечи, как обычно, проявляя всю свою заботу и нежность, желая облегчить мое напряженное состояние.

─ Ты так много работаешь, ─ негромко произнесла девушка, заправив прямую русую прядь волос себе за ухо. ─ Тебе следует дать себе немного отдыха.

Я накрыл ладонью ее руку, но не для того, чтобы прикоснуться, ─ я остановил движения, давая понять, чтобы она закончила. Аннетт же правильно поняла мой жест, хоть я и был уверен, что на секунду девушка хотела расценить это иначе.

─ Спасибо, Аннетт. Я благодарен за то, что ты делаешь, ─ взглянул на нее, когда она убрала руки с моих плеч. ─ Это, действительно, помогает.

─ Рада, что смогла помочь. Может, есть что-то еще, что я могу сделать для тебя?

Аннетт неловко перебирала рукав своей красной шелковой блузки, глядя на меня этими оливковыми глазами, и я даже чувствовал себя упырем в подобные моменты, но был бессилен, чтобы что-то изменить, ─ я не мог заставить себя полюбить жену больше, чем уже любил. Как члена семьи, как сестру, как друга. Но ни разу, как девушку.

Я смотрел на нее достаточно серьезно, слегка наклонившись вперед, показывая, что ценю ее усилия. Аннетт чуть смущенно улыбнулась и медленно отступила. Стук невысоких каблуков разносился по кабинету, пока она не покинула его стены, оставив меня наедине со своими мыслями.»

─ Между прочим, это запрещено, ─ негромкий голос добрался до моих ушей откуда-то снизу, из-под балкона. ─ Кто-то может увидеть.

Аккуратно и не спеша я выглянул за пределы ограждения: высокий парень с кудрявыми волосами и выбритыми висками шел недалеко от девушки, которая по сравнению с ним казалась крошечной. Снег слегка похрустывал под весом их тел, приглушая мои движения.

Доминика Аллегро и ее телохранитель. Сомнений у меня не возникло, ведь сложно было, однако, перепутать девушку с кем-то другим, учитывая внешние особенности ее семейства. Эти белые волосы просто сливались со снегом вокруг, пока колючий ветер подхватывал их, играясь с прядями.

Сделав затяжку, я отшагнул в тень балкона, чтобы стараться оставаться незаметным чуть больше времени.

─ Я ничем с тобой таким не занимаюсь. Ты же просто вывел меня подышать воздухом, ─ ее лицо озарилось привлекательной улыбкой. ─ А этот снежок попал в тебя совершенно случайно.

─ Какой…

И она бросила ему в лицо горстку слипшегося в шар, снега.

Он не ожидал этого и не уклонился. Видимо, его рефлексы подтупливались в компании Доминики, что я бы посчитал за халатность. Солдат всегда должен быть собран и готов к любой атаке, даже если эту атаку нанес бы тот, кого он обязан был защищать.

Снег рассыпался по лицу парня, засыпав волосы, и звонкий смех девушки отразился от стен замка. Она старалась вести себя тихо, но смех прорывался сквозь тонкие пальцы, которыми прикрывала свой красивый рот.

И пускай Доминика продолжала хихикать, все равно помогла ему отряхнуться:

─ Прости, Эмилио, я не удержалась.

Эмилио. Теперь мне стало известно имя телохранителя младшей сестры вражеского района.

Я не совсем, конечно, был уверен, что запомнил бы его, и что оно в чем-то мне могло пригодиться, но мозг автоматически уже добавил его в папку «?», куда попадал весь хлам, который, возможно, в ближайшее время зачем-то мог понадобиться.

Ее хрупкие пальцы стряхивали с него снег, пока морозный румянец украшал белоснежную кожу. И у меня сложилось впечатление, что он хотел, чтобы девушка дотронулась до него. Против правил, однако…

Доминика была юна и красива, этого никто не мог отрицать. Ее красота считалась неопровержимым фактом, как чистота души, невинность тела и доброта сердца. Она являлась святым человеком в своей кровожадной семье, и то, что за нее ее братья будут распиливать на конечности, как на развалившийся пазл, сомнений совершенно не было.

─ Какого хрена ты тут делаешь? ─ неожиданный шепот раздался позади, заставив обернуться.

Слава богам, он не орал в своей привычной манере.

В последний раз глянув вниз, я бросил бычок себе под ноги, затушив его, а после, ушел с балкона, закрыв за собой ставни. Тепло почти мгновенно начало окутывать меня в свой плед, и, наверное, только сейчас я ощутил, как промерз на улице.

─ Будто бы тебе не известно.

Брат фыркнул, пока глаза отводил.

─ И почему ты шепчешь? ─ наконец, спросил я.

─ Потому, что я на хрен прячусь от всех этих любопытных вопросов, которые так и пытаются вынюхать что-то про мою личную жизнь.

Ироничный смешок вырвался из моего рта: