Я думала написать ему ещё несколько сообщений. Хотелось поговорить, рассказать о том, что со мной происходит сейчас, поведать о своей семейной истории… Рассказать, что я встретила отца, и это не принесло особого облегчения. В итоге вопросов стало ещё больше. Я думала, что простая беседа поможет закрыть эту главу окончательно, поставить точку. Но этого не произошло.

Мне бы хотелось, чтобы он был рядом сейчас, и чтобы вместо небольшой тренировки по плаванию или учёбы это был он, кто отвлек бы меня от всего. Мне хотелось бы уснуть в его тёплых объятиях сегодня вечером. Чтобы он был плечом, на которое я могла бы опереться, поплакать. Он, наверное, был бы моим единственным утешением во всей этой суматохе.

Я также думала снова позвонить маме.

Мы не обсуждали отца, и я понимала, что она не хочет этого. Она просто сказала, что это моя жизнь, мои собственные решения, что я должна принимать собственные суждения.

Мне хотелось бы задать ей вопросы об Алексе. Когда я была маленькой, мама почти никогда о нём не говорила, но я никогда не видела такой неприязни к нему, как сейчас. Я уверена, что он причинил ей боль — очевидно. Развод уже был признаком, но я не знаю, насколько сильно… Но я больше не ребёнок, и мне хотелось бы обсудить это как взрослые. Только я не решилась спросить напрямую, не хотела её ещё больше ранить.

Я просто сказала, что не было никаких других встреч или звонков, что мы не связывались снова. Похоже, это немного её успокоило — и меня тоже. Потом я рассказала ей о своих днях, занятиях, о Хелисс и Саре, о наших небольших тренировках в бассейне. И… о Делко.

Сначала она была воодушевлена тем, что я заговорила о парнях. Конечно, я избегала подробностей нашей встречи. А когда я призналась, что нарушила её доверие, она расстроилась, не спрашивая деталей. И теперь она воспользовалась возможностью дать мне советы по поводу парней:

— Тебе стоит отправить ему последнее сообщение.

Я обдумываю это несколько секунд, но не уверена. Мама, должно быть, почувствовала моё сомнение, потому что добавляет:

— Попробовать ничего не стоит. Сейчас смс безлимитные.

Я глупо смеюсь над её шуткой и провожу рукой по лицу, уставшая от всех этих мыслей.

— Боюсь быть снова отвергнутой… Это будет уже слишком, не думаешь?

Она вздыхает.

— Кто бы тебя мог отвергнуть? Ты видела себя? Ты великолепна!

Я закатываю глаза, слыша её смешок.

— Мама! Я серьёзно… И я выглядела бы как навязчивая!

Но на самом деле это лишь возможность снова дать ему шанс…Я держу это при себе.

— Напиши ему. Расскажи всё, что на сердце. Честность всегда окупается. И мы ничего не теряем, будучи честными!

Она выглядит довольной своим советом. И она права. Я вздыхаю, смиряясь.

— Ладно… подумаю.

Я угадываю её улыбку, и мы прощаемся. Перед тем как положить трубку, она настаивает, чтобы я рассказала все подробности, когда это будет сделано.

Но я пока не готова отправлять сообщение. Мне нужно подготовиться, чтобы присоединиться к девочкам в библиотеке до полудня, а потом мы планируем перекусить в городе.

***

С каждым днём в Чикаго становится всё холоднее. Ночью шел снег, и вчера вечером я поймала себя на том, что смотрю в окно, наблюдая за падающими снежинками. Они быстро покрыли все машины, припаркованные перед жилым домом. Это было потрясающе. Я сделала несколько фотографий, прежде чем снег испачкался грязью, следами от шагов и автомобильными колёсами.

И я наивно надеялась увидеть силуэт Делко, спрятанный где-то в темноте. Но ничего.

На следующий день я тепло оделась: надела перчатки и шапку и направилась в библиотеку к девочкам.

Мы провели несколько часов, шлифуя детали нашего досье. До сдачи работы мистеру Миллеру оставался меньше месяца, и я была довольно горда тем, чего мы достигли. Это было долго и утомительно — среди всех этих статей и книг по теме — но нам удалось сделать что-то интересное.

Прошло уже после одиннадцати, когда мы решили сделать паузу. Я машинально достала телефон и разблокировала его, пока девочки собирали свои вещи.

Я получила сообщение.

Это был Алекс.

Он приглашал меня пообедать вместе со своей женой и детьми.

Я вздрогнула. Приглашение было довольно неожиданным. Я думала, что его предложение познакомиться с семьёй касается только праздников. А после разговора с мамой на эту тему я уже не была так уверена, что готова его видеть. Мне казалось, что я… предам её, так сказать. Как я могу уделить время человеку, который даже не удосужился дать немного своего, в ущерб той, кто посвятила мне всю свою жизнь?

И потом, мне неудобно подводить девочек ещё раз.

Я подняла глаза на них, и, похоже, моё колебание заметно на лице: Келлис хмурит брови.

— Что случилось? Мы не записали задание?

Я глупо посмеялась и покачала головой.

— Нет. Просто… мой отец приглашает меня на обед сегодня.