— Как это получилось?

Она звучит растерянно.

— Он мне написал, — объясняю я. — Он предложил встретиться, и я согласилась.

Вдох мамы ускоряется, и мне хочется её успокоить — это не такая уж беда…

— Мама…

Она прерывает:

— Ты согласилась? Почему? — в её тоне слышится негодование. — Как он вообще узнал?

Алекс признался, что всё это время как-то присматривал за нами, хоть они и развелись много лет назад. Моя мама — та, с кем он делил первые годы взрослой жизни, а я — всё ещё его дочь, по его словам.

«Я всегда буду частью этой жизни», — такими словами он это объяснил.

Так что, раз уж он не был рядом, то он следил за нами через соцсети. Как жалкий сталкер, неспособный отпустить прошлое.

Похоже, так он и узнал, что я в Соединённых Штатах, в Чикаго, учусь. Раз уж сейчас период Дня благодарения, и до Рождества недалеко, ему показалось хорошей идеей восстановить связь со мной, наладить отношения. Сначала мне было трудно в это поверить, но он казался искренним. По крайней мере, мне так показалось. Я собиралась ограничиться простым разговором и вернуться к своей жизни без отца, а в итоге — меня приглашают провести праздники у новой семьи отца.

Я рассказываю об этом маме.

— Ни за что, Скайлар! — восклицает она. — Я приеду к тебе на Рождество, как мы и планировали!

Она в полном нервном срыве. Мне и обидно, и грустно. Она не даёт мне договорить.

— Чёрт возьми, ты с ума сошла?! Забыла, каким был ад жить с этим человеком?

Я отступаю на шаг.

До такой степени?

Я этого совсем не помню… Я думала, что, как у большинства разведённых, всё закончилось из-за остывшей любви. Помню, что отец ещё служил в армии, когда я была совсем маленькая, что он приходил время от времени. Я объясняла себе это расстоянием, которое их разлучило. Мама почти не говорила об этом, так что я делала выводы сама.

Я хмурюсь, не понимая.

— О чём ты говоришь? — спрашиваю я.

Мама замолкает. По телефону слышно, как она всхлипнула.

— Забудь. Ты была маленькая, — пытается она объяснить. — Ты не помнишь. Просто он был нелёгким человеком…

Слезы в глазах, я строю в голове тревожные сценарии.

А если он изменял ей? Или что-то ещё…?

— Ты уже взрослая, — говорит мама. — Делай, что хочешь, я не могу запретить. Но, пожалуйста, Скайлар, думай в первую очередь о себе, хорошо? Ты никогда не нуждалась в нём.

Горло сжимается — я не могу ответить вслух. Киваю, хотя она меня не видит.

Мама, конечно, знает этого человека гораздо лучше меня. Но ей не о чём волноваться. Я говорю, чтобы её успокоить:

— Ладно…

— Позвонишь завтра? — просит она.

Я снова киваю.

— Да.

— Увидимся на Рождество, — успокаивает она. — Целую, дорогая.

Она не даёт мне ответить и сразу же кладёт трубку. Должно быть, она ужасно устала. Мой звонок, наверное, очень её встревожил. Я вздыхаю и падаю на диван.

Слёзы, что скапливались в глазах, наконец стекают по щекам, щипля кожу от холода. Я встаю и иду принять горячий душ, чтобы согреть замёрзшие кости.

Этот день был полон эмоций.

А Делко…

Делко так и не появился. Мне не хватает сил жалеть, злиться или раздражаться. Я просто устала, опустошена.

И я причинила боль маме…

Тут я больше не сдерживаюсь и начинаю рыдать навзрыд.

***

Прошло два-три дня, а отец так и не пытался снова со мной связаться или увидеться. Я до конца не понимаю, почему. Ведь всё прошло хорошо, и он был очень воодушевлён идеей пригласить меня на праздники, чтобы я познакомилась с его семьёй. Но, с другой стороны, это даже к лучшему. Мне сложно было бы ослушаться маму и обидеть её ради отца. Мужчина, которого я почти не знаю.

Я тоже не пыталась как-то найти Делко. Оглядываясь назад, я понимаю, что бегать за целой кучей парней в надежде, что это заставит его появиться — идея совершенно глупая.

Кем я себя возомнила, надеясь, что он будет ревновать, будто я для него всё?

И это совсем не похоже на меня… Я всё ещё страдаю из-за его отсутствия и продолжаю винить себя, но стараюсь отвлечься: хожу с девочками в университетскую библиотеку или плаваю в бассейне с Келлис.

Это помогает мне думать о чём-то другом, а не о всех бедах, свалившихся на меня в последнее время. Но всё это моя вина: исчезновение Делко, гнев матери… Всё это я сама спровоцировала и несу за это ответственность. И винить можно только себя.