— Tuvo una convulsión. Dejala descansar y la voy a examinar otra vez mañana. Le voy a dar un analgesico por ahora28. — Врач подтверждает мою шараду.

— Doctor, esta seguro que no es nada grave?29 — спрашивает Карлос, чтобы убедится, что со мной все в порядке.

— Si, claro. Quiero hacerla un prueba de sangre30. — продолжает доктор, прося взять у меня немного крови.

— Dale. Tengo algo que solver, pero mandame los resultados cuando los tienes.31 — Прежде чем уйти, Карлос опускается на кровать и пристегивает каждую руку к раме кровати, эффективно ограничивая мои движения. Зато, мои ноги теперь свободны.

Я остаюсь наедине с врачом и, закрыв глаза, жду.

— Вы можете перестать притворяться. — Доктор говорит на английском с акцентом. Я открываю глаза и уставляюсь на него. Мой рот болит, и я все еще чувствую вкус крови.

Доктор — мужчина лет сорока, одетый в обычную черную рубашку и джинсы. Видя, что он поймал меня и не разоблачил, я не знаю, чего от него ожидать.

Он оглядывает меня, прежде чем направиться к двери и повернуть замок так, чтобы никто не мог войти. Я хмурюсь. Ему просто нужно взять немного крови, верно?

— Всем было интересно, что за кусок задницы притащил Карлос. — Он смотрит на мои скованные запястья и ухмыляется, направляя руки к джинсам и расстегивает ремень.

Ты что, блядь, издеваешься?

— Карлосу это не понравится, — говорю я, мои слова искажаются из-за поврежденного языка.

— Ему не обязательно знать.

Расстегнув брюки, он подходит к кровати и начинает работать над моими джинсами. Черт!

Я не позволяю ему делать больше ничего, сгибаю ноги и толкаюс. Он на мгновение теряет равновесие, но снова прыгает на меня. Я готова к этому, я обхватываю его шею ногами, оказывая максимальное давление.

— Сука! — выплевывает он, его лицо уже покраснело.

Не знаю, как долго я смогу держать его так, поэтому я сгибаю запястья и держусь руками за раму кровати, используя ее как якорь.

Затем я сосредотачиваю всю свою силу на нижней части тела и притягиваю его голову к себе, ударяя ее о доску. Он пытается дотянуться руками до меня, и мне все труднее и труднее удерживать его на месте. Я глубоко вдыхаю и снова бью его головой, на этот раз, воспользовавшись импульсом, отбрасываю его назад и сбрасываю с кровати.

Его голова сильно кровоточит, и он смотрит на меня с убийственным взглядом.

Я снова обхватываю кулаками каркас кровати, и при одном рывке я осознаю, что он покачивается. Я начинаю бешено дергать все сильнее и сильнее, надеясь дестабилизировать ее настолько, чтобы оторвать от кровати.

Доктор медленно приходит в себя, поднимаясь на ноги. Удар по голове, должно быть, был относительно хорошим, так как он слегка покачивается.

— Чертова puta32, — кричит он, прежде чем снова наброситься на меня. К счастью, именно в этот момент рама кровати срывается с петель, и мне удается бросить ее в него, причем попадая ему прямо в горло. Он издает несколько сдавленных звуков и падает на пол, хватаясь за свое адамово яблоко.

Я вздыхаю с облегчением и беру паузу, чтобы прийти в себя. Понимая, что Карлос может появиться в любой момент, я встаю с кровати, каркас которой все еще держится на моих руках.

Я иду прямо к аптечке врача и ищу скальпель. Я нахожу его, но перерезать веревку, удерживающую мои запястья в плену на доске, все еще трудно.

Я беру скальпель в одну руку и пытаюсь повернуть его так, чтобы острая сторона задела веревку. Я проделываю это движение несколько раз, прежде чем замечаю, что начинает образовываться порез. Я продолжаю работать над этим участком, пока мое запястье не освободится. Делаю то же самое с другим запястьем, а затем бросаю раму на кровать.

Я собираюсь уходить, но для верности еще раз ударяю доктора по яйцам. Он так далеко зашел, что даже не может высказать свою боль.

Вот это было приятно.

Я открываю дверь и выхожу из комнаты, не зная точно, куда иду. В какой-то момент я слышу несколько человек и прячусь за стеной, ожидая, пока они пройдут.

Чем больше я иду, тем больше теряюсь.

Пока не дохожу до лифта.

Зайдя внутрь, я замечаю, что нахожусь на четвертом этаже. Я быстро нажимаю на ноль, чтобы спуститься на первый этаж, надеясь, что на моем пути не будет слишком много людей.



Когда двери лифта открываются на первом этаже, меня встречает пожилой мужчина в элегантном черном костюме-двойке. Я медленно перевожу взгляд с его ног на пистолет, нацеленный на меня, а потом вдруг на его лицо.

— Хименес, — говорю я, имя срывается с моих губ и заставляет вздрогнуть от боли.

— И посмотрите, кто здесь. — Присвистывает он, размахивая пистолетом. Я тут же поднимаю руки вверх, надеясь, что он увидит, что я безоружна.

Его лицо на некоторое время становится задумчивым, когда он произносит.