— Значит, ты не знала, да? — Он смеется. — Не понимаю, что он в нем увидел. Я делал все, что хотел мой отец. Я возглавил его картель. Это был мой план — использовать Галлагеров, чтобы захватить Нью-Йорк. И чем он мне отплатил? — Он хмыкает. — Он до сих пор больше озабочен о твоем муже. Он сказал, чтобы я оставил тебя в покое, потому что ты принадлежишь ему.

Он подходит к моему лицу, его губы находятся на расстоянии одного дыхания от моих.

— И знаешь что? Я прекратил подчиняться. Ты моя. Империя — моя, — выплевывает он, прежде чем его губы оказываются на моих. Давление почти невыносимо.

На секунду мне кажется, что я не могу этого сделать, но потом я вспоминаю его угрозы в адрес Адриана. Он ненавидит его. Он хочет убить его... Мысленно попросив прощения у Адриана, я отвечаю ему поцелуй. Он должен поверить, что я готова сменить сторону. Если он доверится мне настолько, он освободит меня.

И тогда начнётся игра.

Его язык проникает внутрь, и мне приходится усилием воли заставлять свое тело не вырываться, когда я отвечаю. Кажется, он удивлен моим легким согласием. Закончив поцелуй, он лукаво заглядывает мне в глаза.

— Я почти верю, что ты это серьезно.

— Я же сказала тебе, — говорю я и, взглянув на крестик на его шее, тут же добавляю. — Я ничего не должна своему мужу, кроме верности перед Богом. После того, как ты уберешь его, я твоя. — Я очень надеюсь, что это сработает. Он делает шаг назад и смотрит на меня озадаченно, будто не знает, стоит ли доверять моим словам.

— И всё? — размышляет он. Я использую этот шанс, чтобы закрепить свою позицию.

— Конечно. Я спала только со своим мужем, и только после наших свадебных клятв. — В этот момент я действительно рассчитываю на то, что он честный вор.Учитывая, что он не изнасиловал меня до сих пор, или когда я была без сознания, я готова поспорить, что за ним кроется нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

Он выглядит задумчивым, впитывая мои слова. Я активно молюсь тому воображаемому Богу, на которого я ссылалась, чтобы он мне поверил.

— Убей моего мужа, а потом я выйду за тебя. Как и должно было быть. Я буду твоей.

— Моей... — Он пробует слова на язык, его губы кривятся в волчьей улыбке. — Мне нравится, как это звучит. Очень хорошо. — Да. Одна маленькая победа.

Он поворачивается спиной, чтобы уйти, и мои глаза расширяются. Подождите, почему он уходит? Я думала, мы теперь заодно.

— Подожди. Ты собираешься оставить меня вот так?

— Почему бы мне не оставить тебя так? Должен сказать, что до сих пор ты была убедительна, но я усвоил урок с тобой. — Он открывает дверь и уходит, запирая ее за собой.

К черту это дерьмо, — бормочу я про себя.

Мои усилия были напрасны. У меня возникает искушение плюнуть на пол, просто чтобы очистить свой рот от него, но я знаю, что он наверняка смотрит. Поэтому я стараюсь вести себя как можно лучше. Мне действительно нужно думать быстрее. Я не могу ничего сделать отсюда, а Адриан в опасности.

Что я могу сделать сейчас? Мои глаза бешено рыщут по комнате в поисках любой идеи, которая могла бы помочь. Но ни одна не приходит.

Отчаяние охватывает меня грудой разочарований, поэтому я делаю единственное, что остается.

Я прикусываю язык.

Сильно.

Кровь наполняет мой рот и стекает по губам.

Хорошо.

Первый шаг сделан. Затем я снова толкаю себя назад, заставляя свое тело неконтролируемо дрожать, надеясь имитировать припадок.

Конечно, он вернулся. Он наблюдал.

Он берет мою голову в руки и открывает мне рот, захватывая мой язык. Я продолжаю заставлять свои конечности спазмировать. Он пытается убедиться, что я не проглатываю язык. Мои глаза закатываются, и я делаю вид, что отключилась.

Он начинает выкрикивать какие-то команды на испанском, а затем начинает развязывать меня.

Хорошо... хорошо.

Я стону от боли, наполовину притворной, наполовину реальной, так как мой язык действительно болит.

— Ты в порядке? — спрашивает он, когда я освобождаюсь от своих ограничений. Я успеваю кивнуть, прежде чем заставляю себя потерять сознание.

— Черт. Un medico25! — кричит он, и я слышу движение. Он берет меня на руки и выходит со мной из подвала, ведя меня неизвестно куда.



Я тайком приоткрываю один глаз и вижу, что он торопливо ведёт меня в одну из более меблированных комнат с кроватью.

Он осторожно кладет меня на кровать, и я изо всех сил стараюсь казаться не в себе.

— Un medico, pendejo! Ya te lo he dicho. Que estás haciendo? — Он выкрикивает еще несколько команд.26

— Perdon, patron27. — Некоторые люди извиняются, и происходит еще одна перестановка.

Я лежу на кровати с закрытыми глазами, а Карлос все еще поглаживает мой лоб.

Его движения... ласковые. Я почти насмехаюсь над собой, за такие мысли.

Вскоре приходит врач. Поговорив с Карлосом, врач осматривает меня, светит мне в глаза и смотрит на мой рот.