– Я не сделал тебе слишком больно? – спрашивает он, кружа пальцем вокруг моей дырочки и возвращая вытекающую из меня сперму внутрь. Он ласкает меня так умело, что я могу лишь тихо стонать в знак одобрения.

Я качаю головой.

– Все было идеально, – мечтательно выдыхаю я.

– Ты уверена? – озадаченно бормочет он. – Это был твой первый раз в этом теле, а я… – Амон сглатывает. – Когда дело касается тебя, я себя не контролирую.

– Ты доставил мне больше удовольствия, чем я могла представить, Амон, – улыбаюсь ему.

– Хорошо, хорошо, – кивает он скорее самому себе.

Потянув за длинные волосы, я привлекаю его ближе к себе.

– Поцелуй меня, – шепчу я.

И он повинуется. Овладевает моими губами на несколько долгих мгновений.

Потом берет влажное полотенце и тщательно вытирает у меня между ног.

Как только недавнее возбуждение проходит, я натягиваю платье и нижнее белье, приводя в себя в порядок и краснея от своего бесстыдного поведения. Он в совершенстве овладел искусством сводить меня с ума от желания.

Мы даже не успели раздеться, а он трахнул меня сильнее, чем я могла себе вообразить. Во всем теле ощущается боль, но она постепенно проходит, и я начинаю понимать, почему он с такой осторожностью относился ко мне раньше, когда я не могла исцеляться. Он наверняка оставил бы у меня на коже синяки и раны, хотя они доставили бы мне особое удовольствие.

Я много раз представляла наш первый раз, и, должна признаться, реальность превзошла все ожидания.

Это было грубо и дико. Словно нас охватила животная страсть, основанная на первобытных чувствах.

И я абсолютно ни о чем не жалею.

Кажется, моя стыдливость испаряется под его порочным влиянием.

Я улыбаюсь, когда он подходит ко мне, заключает в объятия и целует в лоб.

– Знаешь, – робко улыбается Амон, – все они глубоко ошибаются.

Я вопросительно поднимаю брови.

– Твоя кровь. Да, она драгоценна, но только для меня.

– Что ты имеешь в виду?

– Этот проклятый ковен и все остальные считают, что твоя кровь обладает какими-то магическими свойствами. Как там говорила Фиона, источник бессмертия? – усмехается он. – Но это не так. Для любого другого она бесполезна.

– Я все еще не…

– Ты моя пара, Дарси. Моя. Твоя сущность питает меня и только меня, точно так же, как моя подпитывает тебя, – объясняет Амон.

– Так вот почему тебя не остановили мои месячные, – смущенно бормочу я себе под нос.

Амон усмехается.

– Виновен, – говорит он, поднимая руки. – Мне нравится твой вкус во время месячных. И я надеюсь, ты позволишь мне попробовать его снова. – В его глазах загорается опасный блеск, нечто похожее на… надежду.

Мои щеки заливаются краской стыда, и я отвожу взгляд. Но сначала с моих губ срывается короткое «может быть». В конце концов, ради него я готова на все, да?

– Подожди. – Я резко к нему поворачиваю голову, когда меня осеняет. – Но почему тогда они думают, что моя кровь особенная?

– Потому что ковен зиждется на горе лжи и недостоверных сведений. И большая часть из них исходит от Кресса, Финна и Святого Престола, – пожимает Амон плечами. – А еще потому, что наша дорогая дочь подпитывала ее и тщательно распространяла нам на пользу.

– О чем ты?

– Благодаря своему дару Лидия могла не только делать четкие предсказания. Она также видела варианты будущего. Возможные события, которые могли произойти. Словно карта, на которой цепочка событий ведет к определенному результату, но если изменится хоть одно звено, то и итог будет совершенно другим.

Амон берет полотенце и вытирает с торса остатки крови, а затем берет новую рубашку и натягивает на себя.

– У нее было много видений о нас, о том, что случится после твоего перевоплощения, и во всех них мы… терпели неудачу.

– Неудачу?

– Мы умирали, – поясняет он с серьезным выражением лица.

Я смотрю на него с открытым ртом.

– И только в одном варианте будущего мы смогли добиться успеха, но на этом пути нам пришлось пережить немало трудностей. Лидия сделала все возможное, чтобы именно этот вариант будущего стал единственным.

– Значит, пророчество о том, что я могу искоренить зло или выпустить его на волю…

– Было придумано, чтобы послужить двум целям: запутать и ковен, и Авеля. Думаю, ты уже знаешь, что он собирается сделать… – Амон замолкает и разочарованно качает головой.

– Он хочет использовать меня, чтобы освободить тебя и забрать твои силы. Точно так же, как ковен хочет использовать меня, чтобы убить тебя, – осторожно произношу я.

– Да, – вздыхает он. – И единственный способ победить – забрать твое ожерелье у Авеля, а затем получить доступ к запретным заклинаниям ковена – именно в таком порядке.

– Понятно. – Я прикусываю губу, задумчиво глядя на него. – Значит, мы должны следовать этому сценарию.

– Да.