— Я знаю, — говорит она, наблюдая через пассажирское окно за проносящимися мимо магазинами. — Мне жаль.

— Мне тоже, — и это правда, по многим причинам. Мне жаль, что я поставил ее в такое положение. Мне жаль, что она не смогла довериться мне и рассказать об этом раньше. Мне жаль, что я злюсь и что у меня уже все идет не так, как я хотел, хотя я имею право так себя чувствовать. Есть многое, что она все еще скрывает от меня. — Все действительно произошло так, как она сказала?

— Я полагаю, ты имеешь в виду убийство, — отвечает Бриа. Она снова смотрит прямо перед собой, и даже с первого взгляда я вижу, как вокруг нее растет непроницаемое силовое поле, по мере того как она снова погружается в свою свирепость. — Не совсем.

— В смысле?

Бриа фыркает мрачным, издевательским смехом.

— Во-первых, сарай не просто так загорелся, — она закатывает глаза, как будто прокручивает в голове недавний разговор с Сарой. — Что касается убийства Ксануса и побоев, которые я получила в отместку, то она сказала правду.

Я делаю глубокий вдох, который никак не помогает унять тревогу, прокатывающуюся по моему сердцу.

— А как насчет человека, который нашел тебя? Это был Самуэль?

— Да, — говорит Бриа, и резкость в ее голосе смягчается. — Он отвел меня в безопасное место и помог вылечиться.

Мой взгляд мечется между Брией и дорогой.

— А Зара? Ее ты тоже убила?

Затем Бриа поворачивается ко мне, выражение ее лица темнеет, маска исчезает. Я вижу, как в ее глазах плавают ярость и печаль. Мое сердце разрывается при виде неприкрытой боли в ее глазах, какой я никогда раньше у нее не видел.

— Почему ты задаешь вопросы, на которые не хочешь получать ответы?

Рука Брии кажется холодной и хрупкой под моей, когда я кладу на нее свою ладонь. Я чувствую, что наши слова разрушают все вокруг, как будто каждое произнесенное слово — это крючок, раздвигающий гобелен. Мне нужно взять под контроль этот разговор, пока все не разорвалось.

— Я пытаюсь понять. То, через что ты прошла, намного превосходит самое худшее, что я мог себе представить, когда впервые увидел твои шрамы. Я спрашиваю, потому что действительно хочу знать.

— Тогда да, — говорит она, не отрывая от меня глаз, пока говорит. — Ее я тоже убила.

Поступает вызов по Bluetooth, имя агента Эспинозы высвечивается на экране приборной панели. Я отклоняю вызов и пытаюсь сосредоточить свое внимание как на Брие, так и на дороге, отчаянно желая выбраться из этой машины, где мы могли бы сосредоточиться на откровениях. Мы погружаемся в долгое, напряженное молчание, когда выезжаем за пределы города и мчимся к коттеджу.

— Ты несешь ответственность за пропавших людей, связанных с «Легио-Агни»?

Бриа могла бы упрекнуть меня в том, что я никогда не упоминал при ней о пропавших людях, или что это не поднималось ни при подготовке, ни на собеседованиях. Но она этого не делает. Она просто вынимает свою руку из-под моей, и мои органы будто сворачиваются сами по себе.

— Что бы ты сделал с этой информацией, если бы я сказал «да», Илай? Отвезешь меня в Вашингтон и высадишь у порога ФБР?

Стал бы я? Нет. А должен ли? Да. Если это все правда.

— Нет.

Когда мы приближаемся к повороту на шале «Рок-Крик», раздается еще один звонок. Это снова агент Эспиноза.

— Просто ответь уже, — говорит Бриа, отворачиваясь и глядя в сторону леса.

Я нажимаю кнопку, чтобы принять вызов, когда мы сворачиваем на гравийную дорожку.

— Доктор Каплан, у меня есть срочные новости, — говорит она. Я замечаю, как почти незаметно напрягается рука Брии, прижатая к ноге, как ее ногти впиваются в джинсы.

— Ладно…

— Во-первых, Синтия Нордстром числится пропавшей без вести.

Кажется, моя кровь отхлынула от конечностей. Желчь бурлит в желудке.

— В последний раз ее видели в маникюрном салоне «Мозаика». На следующий день у нее было назначено несколько встреч, но она пропустила их. Вчера мы получили эту новость анонимно и с тех пор ничего о ней не слышали. Она просто исчезла.

Пальцы Брии сжимаются в кулак, скрывая свежий маникюр.

— Мы пока не уверены, сбежала она, или с ней что-то случилось, — продолжает агент Эспиноза, когда мы подъезжаем к коттеджу. — Но перед своим исчезновением она успела отправить нам посылку в печатном виде, которая прибыла только сейчас. В нем содержатся фотографии Кэрона Бергера. Сейчас я отправлю тебе.

Я хватаю свой телефон с центральной консоли, но рука Брии обхватывает мое запястье.

— Илай, — шепчет она, слегка покачивая головой. В ее глазах стоят слезы.

— Получил? — спрашивает агент Эспиноза.

Бриа снова качает головой. Я убираю руку, когда падает ее первая слеза, разбивая мое сердце.

Я открываю сообщение и смотрю в глаза призрака.

— Доктор Каплан?