Я ерзала под ним, ища облегчения, а он, приподняв пластик, приладил пару тонких щипчиков на левую сторону моего клитора. Зажмурившись, я вцепилась в края кресла, предвидя, как мою чувствительную, нежную плоть сейчас проткнет острая игла.

Но Рыцарь продолжил мучения. Он продвинул в меня свой член, может, на пару сантиметров, потом вынул и погладил меня сквозь пленку пальцем в перчатке. Я была агонизирующе близка к концу, но он продолжал держать меня там. Там, где ему хотелось.

Меня уже терзали в этом кресле, но это и близко не было похоже на прошлый раз. Ожидание сводило меня с ума. В любой момент меня могли оттрахать или пронзить. Что раньше? Удовольствие или боль?

Когда я уже собралась пнуть Рыцаря от раздражения, его член одним быстрым движением вошел в меня до конца, и мое тело благодарно сжалось вокруг него. Пока я отвлеклась на проклятия и судороги, Рыцарь сорвал пластик и другим быстрым, плавным движением пронзил меня. От внезапной боли мои мышцы напряглись, киска сжалась еще сильнее, и мой оргазм дошел до не испытанного прежде уровня.

Пока я стонала и ерзала, две руки в перчатках схватили меня за талию и сдернули мое тело к самому краю кресла так, что моя задница уже свешивалась с него. Потом Рыцарь перевернул меня на живот. И, как только мои ноги коснулись пола, ворвался в меня сзади.

Он стиснул руками мои бедра, а я вцепилась в края кресла. С каждым ударом Рыцарь рычал мне в шею, а мой свежепроткнутый клитор пульсировал в такт ударам моего сердца. Когда я почувствовала на своем плече зубы Рыцаря, его пальцы впились в мои бедра, а член внутри меня напрягся, я просто улетела.

Когда все кончилось, я краем глаза видела, как Рыцарь собирает все одноразовое пластиковое барахло – упаковки от игл, обертки, перчатки, презерватив и одну тонкую стальную иглу. Прежде чем выбросить в урну, он облизал ее.

– Слушай, но как же ты тут работаешь, если вокруг столько крови, а ты… Ну, понимаешь? – спросила я, прижимаясь щекой к винилу кресла. Все мое тело было расслабленным, и я была не в силах пошевельнуться.

– Не знаю. Когда я работаю, это меня даже успокаивает. Если только это не ты. Когда я прокалывал тебе соски, у меня так стояло, я думал, что сейчас кончу в чертовы штаны. Я даже слизнул кровь с перчатки, когда ты не видела. Это был ужас.

– Да ладно, – рассмеялась я, наконец найдя в себе силы подняться. – А я-то еще думала, какой ты профессионал!

– А сейчас? – ухмыльнулся он.

– Сейчас ты надо мной издевался. И, знаешь, лучше, если это не окажется обычной практикой, которая тут принята, иначе тебе придется искать другую работу.

Рыцарь рассмеялся и протянул мне небольшое зеркало, чтобы я смогла увидеть его произведение. Вот оно. Слегка изогнутая гантелька, проходящая сквозь левую сторону клитора.

О да-а-а.

Пока Рыцарь протирал меня и помогал одеться, он объяснял, как надо обращаться с пирсингом клитора. На него не должны попадать никакие телесные жидкости – от четырех до шести недель. Никакого орального секса без пластиковой защиты. Никакого секса без презерватива. А сам секс лучше в позиции сзади.

Презерватив… Что напомнило мне.

– Знаешь, я думаю, мне надо перейти на таблетки.

– Да? – спросил Рыцарь, помогая мне слезть с кресла.

– Ага, – сказала я, идя к задней двери покурить. Медленно. – От этих презервативов только больно. И они странно пахнут. А если я буду на таблетках, то, когда эта штука заживет, презервативы нам больше не понадобятся.

Рыцарь схватил с вешалки мою куртку и накинул мне на плечи.

– Я люблю тебя, – сказал он, наклоняясь и целуя меня. – Если хочешь, я могу пойти к врачу вместе с тобой.

Милый псих.

Воздух снаружи был морозным. Рыцарь прикурил мне сигарету, пока я растирала руки и собиралась с мужеством, чтобы задать ему вопрос, который мучил меня уже давно.

– Рыцарь?

– Чего? – спросил он, накидывая капюшон от майки. У Рыцаря была своя пилотская куртка, но он никогда ее не носил. Похоже, он не мерз так, как я.

Я сглотнула.

– Ну, мне просто интересно, откуда ты столько всего знаешь… ну, про секс? В смысле я никогда тебя ни с кем не видела, ну, с подружкой…

«С кем ты трахался? Сколько им было лет? Сколько их было? Можно мне узнать их имена и адреса? Ты их любил? Они были лучше меня? А где они теперь? Похоронены в лесу?»

Рыцарь затянулся и поглядел куда-то в проход, позади меня. Когда я уже решила, что он вообще предпочел не услышать моего вопроса, он сказал:

– Там, за углом, есть один бар, называется «Дух Шестидесяти Девяти». Там тусят все скины Атланты. Бармены там наши клиенты, и они обычно платили мне, чтобы я зашел прибраться после смены. Ну, и когда бы я ни зашел, там всегда были пьяные в жопу скинские телки, которые только и ждали, чтоб я отвел их домой.

От мысли о нем с другими у меня свело живот. Бабы. Скинхедские суки. На их фоне я наверняка дико неопытная. Я почувствовала, что краснею от ревности и злости, но продолжила:

– Ты с кем-нибудь из них встречался?

«Я твоя первая настоящая девушка? Я особенная?»