Крид толкает меня локтем, и я моргаю, понимая, что двери открылись и половина команды смотрит на меня, неподвижно стоящего в центре комнаты. Пошли они.

Я поднимаю подбородок и направляюсь к нашей стороне шкафчиков. Да, у Деверо есть своя секция.

Думаю, в школе слышали о том дерьме, которое некоторые низкоуровневые панки пытались провернуть над нами в Рате. Крид учится на последнем курсе, и из шести парней на льду, которые забросили шайбу в день игры, четыре из них были нами. Будучи одаренными, у нас нет реальной причины менять игроков. Мы не устаем, и нам разрешено сражаться дома.

Некоторым парням не понравилась королевская команда, и они решили положить серебряную чешую в шкафчик Крида, зная, что она содержит яды. Есть причина, по которой серебряная змея запрещена за пределами замков Рата.

К несчастью для них, у Крида есть чутье, которое соперничает как с Ликанами, так и с Вампирами вместе взятыми. Он не знал, кто положил это в его вещи, поэтому он умножил его, и каждый игрок в команде, кроме нас четверых, застыли как вкопанные еще до того, как тренер переступил порог комнаты.

Тренер надрал нам задницы, нас отругали, а наши родители разозлились, что мы не нанесли смертельный удар. Не то чтобы серебрянная чешуя не могла быть смертельной. Может, но все же. Этого было недостаточно для возмездия от лидеров стигийцев.

Вы должны любить короля и королеву темной магии.

Ледженд и Син уже здесь, наполовину одетые, так что мы с Кридом быстро переодеваемся.

— Зик уже оправился, купил для него несколько новых лезвий. — Син ухмыляется в мою сторону. — Мальчик хотел откусить кусочек побольше.

— Его укус такой же угрожающий, как у беззубого Вампира, — шучу я, хотя укус, о котором он говорит, не имеет ничего общего с его ртом, а имеет только отношение к его конькам.

Большой укус означает, что он отказывается от части своего скольжения ради лучшего сцепления, чтобы быстрее набирать скорость.

Ледженд усмехается.

— Значит, он думает, что сможет каким-то образом противостоять нам? — Крид бросает свое барахло в шкафчик, качая головой. — Он уже проводит на льду больше времени, чем другие. Ему нужно следить за собой, иначе за его задницей будет охотиться банда товарищей по команде, — бормочет он.

Кивнув, мы заканчиваем и выходим на лед, выполняя несколько небольших разминочных упражнений, прежде чем поработаем над защитой в зависимости от следующей команды, с которой мы играем. Опять же, пустая трата гребаного времени, когда они люди.

Не успеваю я затормозить, как кто-то врезается в меня сзади.

Резко разворачиваясь, я сталкиваюсь лицом к лицу с Зиком.

Я срываю шлем, и он с резким стуком падает на лед.

Зик откатывается назад с ухмылкой и поднятыми ладонями.

— Виноват. Не смотрел, куда иду.

Уголок его рта приподнимается, и он смещается, проскальзывая мимо меня.

Я позволяю ему отойти на четыре фута, достаточно далеко, чтобы он подумал, что я промахнулся, прежде чем набрасываюсь и использую свою силу. Он чертовски одарен, поэтому конечно, перескакивает через это в последнюю секунду… Но это именно то, чего я хотел.

Когда он вскакивает, я использую свою скорость, чтобы встать, и его шея прижимается прямо к моей открытой и ждущей ладони.

Используя цирокинез, я манипулирую льдом, приподнимаясь и забавы ради формируя сделанный из ледника кулак, и обрушиваю его на него. Лед трескается и разбивается о его гребаное лицо, и красный цвет окрашивает ледяной синий пол.

Зик вскакивает, кровь стекает по его лбу на подбородок, заляпывая всю форму.

— Ты заплатишь за это.

Мой рот кривится, и я подхожу ближе, руки по швам, и ничего больше… если бы только он не был таким слабаком, чтобы принять удар на себя. Или, может быть, он умнее, чем я думал.

Нажить врага Лорда — значит нажить четырех врагов Лордов, а он уже угрожал мне.

Зик не может вынести всех устремленных на него взглядов и своего разбитого лица и открывает рот, за секунду до того, как совершить ошибку.

Конечно, тренера чувствуют это, гребаные эмпаты.

— Хватит! — кричит наш главный тренер. — Сильвер, тащи свою задницу сюда и разбирайся с Зиком. Зик, просто… будь чертовски умнее.

— Да, Зик, будь умнее, — насмехается кто-то, а затем водяной Фейри убирает беспорядок, пока мы занимаем позицию.

Крид переводит ухмылку с меня на Сина, а я ухмыляюсь Ледженду.

Это. Это прямо… пожалуй, единственная чертовски приятная вещь, которую может предложить это место.

Время на льду с моими братьями.

И маленькая голубоглазая, беловолосая…

Нет.

Абсолютно, блядь, нет.

Семнадцать

Лондон