Как моя задница была напряжена и чертовски возбуждена, пока смесь лаванды, корицы и кайенского перца не попала мне в ноздри и не распространилась по кровотоку, успокаивая и горяча мою кровь, пока я не был уверен, что она превратится в лаву и извергнется из каждого отверстия моего тела?

Как, пока чужие губы обхватывали мой член, ощущение ее взгляда на мне было тем, что привело меня к финалу, заставив мою сперму брызнуть в горло, которое было слишком чужеродным, слишком холодным?

Что бы они сказали на все это?

Может быть, мне нужно избавиться от пыльцы фейри.

Чувствуя на себе пристальный взгляд, я поднимаю глаза на Крида.

Он внимательно наблюдает за мной, и я чувствую, как его маленький подлый дар прощупывает границы моего блокирующего заклинания, ищет путь в мой разум, который он не найдет.

Как и все Одаренные, что требуется сделать перед поступлением сюда, в Рат, я освоил основные заклинания, но наших родителей не удовлетворила простота навыков, необходимых для этих заклинаний, потому что они знали, что если есть такие же, как мы, у которых такие же дары, как у нашей семейной линии, эти жалкие маленькие хитрости не помогут удержать других.

Нужно по-настоящему отточить свои способности, чтобы не думать о наследии Деверо. Это слишком плохо для моего вечно любопытствующего брата Крида, который у нас с Леджендом уже есть. Черт, мы начали учить заклинания, как только научились говорить.

Сильвер все еще ждет ответа, но когда понимает, что не получит его по этой теме, он меняет ее, как сделал бы хороший друг.

— Ты здорово меня потрепал, дружище, — он добродушно усмехается. — Я думал, что ты уже у меня в кармане, на минутку.

Я ухмыляюсь, глядя на свою еду, втыкаю нож в мясо и провожу им по крови, которая сочится из центра. Он ни в коем случае не был близок к тому, чтобы завладеть мной, но вместо того, чтобы сказать ему об этом, я говорю:

— Когда твои глаза меняются, твоя сила меняется вместе с ними. Тебе нужно найти способ сохранять осознанность, не нарушая концентрации.

Крид кивает, обдумывая все, что я только что сказал, прежде чем повернуться к Сильверу и пуститься в длинные объяснения, как именно он может попытаться этого добиться. Будучи наиболее технически подготовленным из нас четверых, Крид возложил на свои плечи ответственность за то, чтобы убедиться, что мы готовы к любой возможной ситуации того же уровня, что и он. И поскольку Сильвер — мой самый близкий друг и единственный человек, которому я доверяю, не считая моих братьев, это распространяется и на него.

Крид, возможно, всего на год старше меня, но он всегда возлагал на свои плечи большие надежды, делая все, что в его силах, чтобы у нас всегда было то, что нам нужно, а когда мы не можем, он находит способ сделать это для нас. На него оказывается большое давление, когда он хочет решить все наши проблемы, но он просто так устроен, поэтому мы позволяем ему делать свое дело, даже если иногда это действительно чертовски раздражает.

Входит Ледженд, его, как обычно, окружает целый гарем девушек. В здешних краях он известен как самый мягкий брат Деверо. Милый, добрый, нежный, один такой из нас четверых.

Он обладает всеми этими качествами, но он также рыба-меч в аквариуме, полном акул, кажущийся аутсайдером, когда он совсем не такой. Его способность подавлять гнев, панику или боль других людей сильно недооценивается, и ему это чертовски нравится.

Вместо того, чтобы опуститься на свое обычное место, он подходит ко мне сзади с такой чертовски самодовольной ухмылкой, что я могу только пялиться на его задницу.

— Что?

— Нашел ее.

Мой кулак сжимает вилку, и мне приходится приложить немало усилий, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица.

— Нашел кого?

Ухмылка на его лице становится только шире.

— Я дам тебе три попытки на предположения, но мы оба знаем, что тебе нужна только одна.

Мой пульс, блядь, подскакивает, мой член прямо вместе с ним.

Потому что он, блядь, нашел ее.

Она здесь, в этом городе.

И ей, блядь, нужно кое-что объяснить.

Семь

Лондон

Моя рука скользит по прохладному камню, когда я отступаю назад, любуясь своей работой. Розовый кварц. Камень любви, эмоционального спокойствия и исцеления.

Наклоняясь к сфере на уровень глаз, я вглядываюсь в пастельно-розовые завитки полудрагоценного камня. Я не большая поклонница розового кварца. Он всегда казался слишком красивым. Как будто слишком идеальный.