Когда прихожу домой, я пинком закрываю входную дверь, расстегиваю куртку и бросаю ее на маленький столик в гостиной, когда оттуда выпадает маленький конверт. Наша комната — одна из самых маленьких, предлагаемых здесь, в кампусе, но она была единственной доступной в общежитиях для студентов. Мы не собирались жаловаться. Ни за что на свете мы с Беном не оказались бы снова разделены, даже если бы это было всего на несколько сотен футов или около того. Мы — все, что есть друг у друга.

Я наклоняюсь и поднимаю конверт, бросаю его на стол и скидываю туфли. Падаю на диван, прислоняясь головой к краю, когда в моем кармане начинает пищать телефон. Я провожу пальцем, чтобы ответить, когда вижу, как на экране высвечивается имя Бена и первое селфи, которое мы сделали друг с другом. Его проколотый язык высунут, на щеках появились ямочки, а медово-карие глаза озорно блестят.

— Да?

— Джастис рассказывал тебе о своей вечеринке?

— О да.

Я встаю, направляясь в свою спальню, чтобы собрать все для душа. Усталость уже давно отравила мои мышцы, и с каждой секундой я чувствую, что слабею. Черт.

— Мы идем?

— Определенно.

Код, означающий, что он нашел кого-то, с кем можно общаться, пока он там.

— Мммм. И как ее зовут? — спрашиваю я, подбирая свои вещи и направляясь к нашей двери в душевую.

Мы могли бы жить за пределами кампуса, но ни один из нас не мог себе этого позволить прямо сейчас, что является еще одной причиной, по которой мы остановились на комнате с двумя спальнями. Достаточно хорошо, чтобы называться домом.

— Аааа, тебе придется подождать до выходных, потому что она едет с нами.

Я бросаю свое барахло на стойку и стаскиваю с себя одежду.

— Отлично. Ты закончил? Мне нужно в душ.

— Нет! Что ты хочешь на ужин? Вот почему я позвонил. Сегодня моя очередь готовить.

— Что угодно. Я не настолько голодная сегодня вечером. Скорее устала.

— О? — спрашивает он, и я знаю, что не избавлюсь от него в ближайшее время, поэтому переключаю внимание и направляюсь в душ.

— Это не… Просто.

Мне сказать ему? Мой лучший друг, который может читать меня, как гребаный алфавит? Он увидит мою ложь у меня на лице, когда докопается, так что, может быть, я смогу пока придумать ему уловку. Не думаю, что я готова признать, что некто занимает все мое чертово время.

— Ничего. У меня должны начаться месячные, так что я веду себя особенно чувствительно.

— О! — он отмахивается от меня. — Нужны тампоны или еще какая-нибудь хрень?

— Бен…

— Может быть, немного мороженого?

Мой Бен, всегда пытающийся заботиться обо мне.

Моя улыбка смягчается.

— Хорошо, сейчас я тебя смогу убедить.

— Знаю, водка со льдом.

Я вешаю трубку, посмеиваясь и бросая телефон на стойку со своей одеждой. Я спешу в душ, успевая вымыться, прежде чем выйти и надеть тапочки. На обратном пути я листаю Инстаграм, просматривая сторисы Бена. Он шлюха. Каждую неделю его вниманием пользуются разные девушки, но говорит ли он когда-нибудь о них со мной? Нет. Так кто же эта и что отличает ее от других? Может быть, он наконец остепенится. Бог может только надеяться.

Закрыв ногой дверь, я бросаю все вещи в свою комнату и натягиваю одну из рубашек Бена, которые, как я официально заявила, являются моими собственными, длиной выше колена, и несколько вязаных носков. Бен вернется только через час, поэтому я беру свой ноутбук и открываю задания.

Универ — отстой. Я здесь, потому что делаю то, что делает каждый другой человек в моем возрасте, но есть затяжная боль, которая продолжает колотиться глубоко в моем животе всякий раз, когда я думаю о будущем. И никогда не могу его увидеть. Я пыталась, но все, что вижу — пустота.

Я ничего не вижу.

Темные тучи будто плывут вокруг моста, как и разрушительный дождь. За моими ушами раздается громкий стук, и каждый раз, когда я пытаюсь оглянуться, чтобы понять, откуда он доносится, меня встречает пустая улица, затянутая туманом. Я едва вижу дальше, чем три шага перед собой.

Я поворачиваюсь обратно к мосту, который проглядывается из тучных облаков, делая осторожный шаг ближе. Звук становится громче, настолько громкий, что я чувствую, будто барабан бьется у меня в голове. Я просто хочу посмотреть, что за ним. Что по другую сторону этого моста? Тьма стремительно окутывает небо, и я отшатываюсь назад, падая на спину, громкий крик срывается с моих губ. Я едва заканчиваю кричать, когда чувствую, как что-то проникает мне в горло. Мои вены пульсируют от огня, а ноги гудят, как от статического электричества.

Мне кажется, я умираю. Вот и все. Я умираю…