Мик Фрейзер, конечно, сволочь и кобель с задатками альфонса, но он признает своих грехи и старается измениться в лучшую сторону. А Розмари уже не девочка, чтобы верить, что завтра встретит идеального принца без недостатков и полюбит его всей душой. Непогрешимых людей не существует, а тех, которые способны вытерпеть ее характер — еще меньше. Зачем испытывать судьбу? Искать что-то несуществующее или прожить остаток жизни в одиночестве, довольствуясь случайными связями? Еще пять лет назад подобный выбор никогда бы не встал перед Розмари Митчелл, слепо верующей в свои силы и счастливый случай. Но не сейчас.

Она устала. Ее карьера на пике. Своя студия, галерея, полный штат сотрудников, признание, выгодные контракты, новое хобби. Но ей наскучил калейдоскоп сменяющихся лиц и декораций, она все чаще оставалась одна, все больше думала о своей жизни. Она не хотела быть одинокой. Не хотела участвовать в семейных праздниках в качестве гостя. Дочь, сестра, подруга, а скоро, возможно, и тетя. Отец, Эш и подруги — все они любят ее, но только этого мало. Личное счастье, собственные дети, домашний уют — похоже она созрела. И Мик тоже. Они прошли тяжелую школу, своего рода, испытание, и теперь будущее в их руках. Им решать, каким оно будет, и будет ли, вообще. Эш часто просил ее повзрослеть. Похоже, она, наконец, сделала это.

Все когда-нибудь кончается. И ее затянувшаяся юность, полная амбиций и честолюбивых планов, подошла к логическому завершению. Тридцать два года — жизнь только начинается. Настоящая, осмысленная, взрослая. Но почему ей так страшно принять решение? Почему мысль о тихом домике и воспитании детей с Миком вызывают внутреннее отторжение и панику? Тяжесть давит на плечи, а душа покрывается инеем, каждый раз, когда она просто пытается представить себе эту идеалистическую картину. И хочется бежать и кричать “помогите”.

Только некому протянуть руку, некому вытащить ее из болота противоречий, направить на истинный путь. Все повторяется. Сколько не беги, но рано или поздно, приходится вернуться к началу, к истоку сомнений.

Как тогда, семь лет назад, стоя перед алтарем.

Она смотрела в глаза Мика, еще не назвав его мужем, и цепенела от страха и отчаянья. Даже двигаться не могла. И ей также хотелось бежать, также хотелось, чтобы кто-то другой спас ее. Кто-то другой взял на себя ответственность за ее неуверенность, стал ее силой и опорой.

Никто не спас….

Она взглянула в зал, ища взгляд единственного, с кем могла поделиться сомнением и тревогой, охватившими душу. Но его не было. Только букет цветов на пустом сиденье.

Прошло много лет, а Розмари так и не спросила у Эштона Харта об истинной причине его отсутствия на церемонии. Официальную версию она знала, и делала вид, что верит…. Но всегда знала, что было что-то еще. Между ними всегда было что-то еще. Что-то выше их понимания. Она не хотела думать об этом, боялась усложнять свою жизнь. Боялась нести ответственность.

А сейчас, когда Эштон готовился к свадьбе, Розмари никак не могла отделаться от навязчивого и предательского желания помешать ему. Она и Лейлу обаяла с одной только целью — держать ситуацию под контролем.

А правда была до омерзения эгоистичной — Розмари хотела, чтобы Эш принадлежал только ей. Делить его с безликими и меняющимися любовницами — это одно, а законной женой — совсем другое.

Она все чаще ловила себя на мысли, что с нарочитой щепетильностью ищет в Лейле недостатки и причины, по которым избранница Эштона не может стать его супругой. Розмари и выгодный для Лейлы контракт устроила, руководствуясь далеко не благородными соображениями. Понимала же, как рассердится Эш, узнав, что Лейла решила пойти по ее стопам, но целенаправленно направляла Лейлу в нужном направлении. Манипуляция и лицедейство — неотъемлемая часть натуры Розмари, иначе она не достигла бы таких высот в карьере.

Попытки бороться с темной стороной — были бесполезным занятием. И даже печальная история Елены Харт больше не служила уроком и камнем преткновения. Однако Розмари трезво понимала разницу между поведением Мелани Митчелл, которая боролась за сохранение своей семьи и своим собственным.

А за что сражается Розмари? И с кем? И что сделает Эштон, когда узнает? Отвернется от нее, вычеркнет из своей жизни.

— Ты сегодня необычайно задумчивая и тихая. — остановив машину напротив ее дома, заметил Мик, повернувшись к Розмари.

Он и понятия не имел, как много мыслей витало в ее красивой рыжеволосой головке.

— Да, есть немного. — рассеяно кивнула Розмари. — Я думаю, что мне нужно вернуть родной цвет волос.

— А я-то испугался, ожидал очередной отповеди, — усмехнулся Фрейзер, стукнув ладонями по рулю. — Но ты права. Блондинкой тебе лучше.