— Джим, сдвинь плакат чуть влево. — вытащив изо рта ручку, крикнула Розмари долговязому парню, водружающим на металлический каркас широкие фотообои с изображением пальм на фоне морского берега. Когда за каркасом заработают огромные вентиляторы, картинка придет в движение, создав ощущение реальности пейзажа за спиной позирующей модели. А на роль модели сегодня была выбрана Лейла Барт. И она явно опаздывала, что являлось нарушением оговоренных в контракте пунктов. Заказчик съемки Дункан Роштер, владелец крупного косметического бренда, уже начал нервничать. Мужчина то и дело поглядывал на часы, раздражая Розмари.

— Так нормально, Джим. Ты свободен. — удовлетворенно кивнула она, позволив парню слезть со стремянки. — Сьюзен, кофе мистеру Роштеру. Без сахара. — новый приказ был отдан маленькой шатенке, слоняющейся по студии без дела.

— Роза, твоя протеже задерживается уже на двадцать минут. — оказавшись за ее спиной, холодновато заметил Дункан.

Розмари развернулась с ослепительной улыбкой, оправив короткий пиджак стального цвета.

— Лейла приедет, не волнуйся. — тронув мужчину за плечо, ответила она. — Тебе вовсе не обязательно присутствовать на съемке. Я справлюсь. Твои пожелания мне известны — мы не первый год работаем вместе.

— Я должен убедиться, что поставил на стоящую лошадку. Мы запускаем новую линию, и уже без Синтии Гарден. Я просто не смог пропустить первую съемку. Я расстался со своей любимой моделью, а ты знаешь, как сильно я привязываюсь к людям. — хмурясь, сообщил Дункан Роштер.

Возразить ей было нечего. Роштер действительно сильно рисковал, связавшись с никому неизвестной Лейлой Барт, а та еще умудрилась опоздать.

Розмари нервно прикусила губу, теперь уже она смотрела на часы.

Лейла появилась на тридцать минут позже назначенного времени, и что-то в выражении ее лица подсказало Розмари — хорошего не жди. Девушка была не накрашена, растрепана и явно провела ночь в слезах, судя по опухшим глазам.

— Черт. — пробормотала Розмари, с упавшим сердцем наблюдая за приближающейся Лейлой.

— Что это с ней? — не удосужившись вспомнить о приличиях, спросил Дункан, изумленно воззрившись на бледную дрожащую девушку, которая неделей раньше поразила его своей юной и яркой красотой. На фото, сделанных Розмари, молодая модель выглядела очаровательно и свежо, но то, что он увидел сейчас….

— Катастрофа! — картинно вскинув руки, воскликнул Роштер. Лицо его слилось с цветом ярко розовой рубашки.

— Все будет хорошо, Дункан. Дай нам еще пять минут. Мои визажисты творят чудеса. — быстро проговорила Розмари сквозь зубы, и схватив Лейлу за руку, потащила за собой в гримерку. — Грегори, готовь освещение. — затолкнув несчастную сконфуженную девушку за дверь, обернулась на пороге Розмари. — Дункан, пять минут. — она расставила пятерню, уверенно глядя на кипящего от негодования Роштера.

— Говори. — закрыв за собой дверь, приказным тоном коротко произнесла Митчелл.

Лейла жалобно всхлипнула, проходя к столику с зеркалом и полочками, заполненными косметикой. Взглянув на свое отражение, девушка шмыгнула носом, издав отчаянное рыдание.

— Я не буду сниматься. — тихо сказала она, опуская глаза.

Розмари шагнула вперед, пристально глядя на Лейлу в отражении туалетного столика.

— Что значит, не будешь сниматься? — требовательно спросила она, встав за спиной невесты Эштона. — Лейла, мы не в детском саду. Буду-не буду — здесь не прокатит. Ты заключила контракт, где четко прописаны обязательства сторон и штрафы и неустойки за их нарушение.

— Я заплачу неустойку. — покачала головой Лейла, продолжая горестно всхлипывать.

Розмари сначала нахмурилась, потом подозрительно прищурила глаза.

— Эштон не согласился. — догадалась она.

Несчастная страдалица кивнула.

Тяжело вздохнув, Розмари взяла стул от соседнего столика и, поставив рядом с Лейлой, села.