— И что же? — устало спросил Даниэль, проведя тыльной стороной ладони по лицу. — Тебе удалось сделать ее счастливой?

— Нет. — качнул головой Майкл, грустно улыбаясь. Братья обменялись долгими взглядами. — Нам предрешено все разговоры сводить к Джи? Неужели между нами больше нет ничего общего?

— Я не знаю. — вздохнул Дин. — Я действительно был готов тебя убить, когда она заявила, что уезжает к тебе. А потом… Я так устал, Майкл. Все эти годы, ты не был в тени. Ты стоял между нами. Как стена.

— Ты придумал это, чтобы прикрыть собственную неуверенность, оправдать свои интрижки?

— Может быть. — признался Даниэль. — Но сейчас …. Я смирился. Пережил. Было нелегко, но сейчас мне все равно, Майкл. Ничего не чувствую. Душа пуста, словно мне снова двадцать.

Братья Фонтейны так были заняты разговором о даме своих сердец, одной на двоих, что не сразу заметили затаившуюся на пороге гостиной героиню своих фантазий. Чувствуя, что еще не много, и разговор станет еще более личным, она сама решила подать голос.

— Поздравьте меня, мальчики, — бодро начала она, сделав шаг вперед, — Я оторвалась от преследователей с камерами, пробравшись к запасному выходу из отеля, поймала такси, и приехала сюда никем не замеченной. Кстати, в здание я попала тоже через запасной ход.

— ЦРУ по тебе плачет. — обернувшись, с широкой улыбкой сказал Майкл Фонтейн. Но взгляд Джил был прикован к бывшему мужу.

Сердце ее затрепетало от боли узнавания. Он совсем не изменился, и в тоже время перед ней стоял другой человек, чужой, равнодушный. И она слышала его последние слова. Правду говорят, что все возвращается. Когда-то она предала Майкла, уйдя от него к Даниэлю, и Дин изменил ей. Однажды он сказал, что его сердце разбилось, когда ее разговор с Сарой три года назад был им подслушан. Сейчас с ней случилось тоже самое. Бумеранг настиг свою цель. Справедливость восторжествовала. А Джил улыбалась, хотя хотелось плакать, глядя на своего красивого и холодного, словно айсберг, любимого бывшего мужа.

— Привет, Дин. — тихо сказала она, глядя в непроницаемые голубые глаза, отмечая мимоходом щетину на щеках, растрепанные волосы, смятую рубашку, выправленную из брюк, усталое выражение лица.

— Здравствуй, Джил. — ответил он, так, словно они были случайными знакомыми, а не прожили вместе четыре с половиной года, сложных и запутанных четыре с половиной года.

Его взгляд, пустой и равнодушный, скользнул по ней быстро и почти небрежно, остановился на лице. Джил знала, что выглядит хорошо. Строгое элегантное черное платье с открытыми руками, глухим воротом и широким поясом, обхватывающим тонкую талию, подчеркивало все достоинства ее стройной фигуры, блестящие темные волосы безупречно уложены, свежий легкий макияж и изысканные не громоздкие драгоценности, шпильки и чулки. Она умела выглядеть утонченно и обладала хорошим вкусом, который любила продемонстрировать. Этот наряд и ее образ не были исключением, но Джил не чувствовала себя уверенной. Ей хотелось спрятаться или убежать. Но она давно уже выросла, и время глупых порывов, необдуманных поступков и сумасбродных идей прошло. Все сложности, с которыми ей предстоит столкнуться сегодня и, быть может, завтра, создала она сама. Взгляд Даниэля, чужой и неласковый заставлял ее внутренне сжиматься и трепетать от страха, но девушка заставила себя непринужденно и искренне улыбнуться.

— Я слышала, что ты здорово влип, — четко и ровно произнес ее голос, за что Джил мысленно похвалила себя. — Я так много нового узнала о тебе этим утром.

— Не ты одна. — усмехнулся Даниэль, не сводя с нее непроницаемого взгляда. — Ну, и как тебе новости? Не испугали?

— А мне стоит пугаться? — поддержав его тон, иронично переспросила Джил.

Даниэль опустил, наконец, глаза, и заметил повязку на ее руке. Девушка неловко подняла поврежденную руку и пояснила.

— Это результат не самого лучшего поступка в моей жизни, но видит бог, самого обоснованного.

— Что это значит? — спросил Майкл, обеспокоенно глядя на Джиллиан.

— Не знаю с чего начать, мальчики. — горестно вздохнула девушка. — Возможно, я спровоцировала новый скандал. Я хотела бы скрыть от вас правду, но не думаю, что у меня получится. Но есть хорошая новость. Дейзи Вилар не будет сегодня вести репортаж. У нее травма лица.

Дин нахмурился, а лицо Майкла вытянулось от удивления, а потом он расхохотался.

— Джил, ты что, ты врезала ей?

— Да. — скромно кивнула Джиллиан. — И не скажу, что сделала это случайно и непреднамеренно. Я знала, что она живет в отеле "Марк" и специально отправилась туда, сразу после приземления в Ла-Гуардия. Вы можете злиться на меня, но я не жалею. И даже горжусь собой. Никому не позволю обижать своих мужчин.