Здесь две закрытые двери. Я приоткрываю левую и встречаю просторную спальню. Несмотря на болотный цвет стен, она достаточно светлая. Большая двуспальная кровать, расположенная с правой стороны, аккуратно заправлена. По сторонам прикроватные тумбочки с лампами. Напротив, в углу стоит небольшой диван с банкеткой. У стены находится туалетный столик с женскими духами и косметикой.

Из комнаты можно пройти в ванную и гардеробную.

Гардероб не пуст, но одежды тут немного. В основном мужские рубашки и классические брюки, несколько спортивных костюмов и ещё несколько пар обуви. В самом углу висят женские вещи. Их не так много, что указывает на то, что кем бы она ни была, эта женщина или девушка не жила тут достаточно долго, чтобы позаботиться о своих вещах.

Я возвращаюсь в спальню и останавливаюсь посреди комнаты. Мои глаза сканируют её, но ничего не видят. Она кажется абсолютно безликой, словно в этом доме живут призраки, или он пустует много лет. Она заполнена вещами и мебелью, но никак не характеризует хозяев дома или не хранит в себе никаких воспоминаний. Ни одна деталь не кажется мне знакомой. Ничто не вызывает в памяти какие-либо отголоски прошлого.

Какого хрена Маттео отправил меня сюда? Чего он хотел добиться этим?

Я подхожу к тумбочкам у кровати и изучаю их содержимое. Первая пуста, вторая забита какими-то журналами и всякой ерундой типа зарядного устройства, наушников и таблеток от головной боли с истёкшим сроком годности. Мои руки начинают трястись, когда я изучаю каждый предмет в тумбах в поисках каких-либо деталей, указывающих, что этот дом имел для меня значение, доказывающих правдивость слов Маттео. Что-то, что поможет не сойти с ума.

Но ничего. Блять. Это грёбаный ад.

Разочарование. Отчаяние.

Гнев во мне нарастает, монстры в голове просыпаются. Я чувствую, как кровь в венах закипает от безысходности и потерянности. Звук в ушах, как и в прошлый раз, появляется из ниоткуда, разрушая тишину, стоявшую в доме. В висках давит, голова начинает кружиться от нехватки кислорода в лёгких и избытка мыслей в голове.

«Это правда, которую тебе нужно принять». Слова Маттео врываются в моё сознание вместо воспоминаний, которые, с его слов, я забыл и которые надеялся вспомнить здесь.

Я выдвигаю ещё один ящик, но меня вновь встречает пустота. Это отправная точка потери моего контроля. Ящик выдёргивается со своего места и летит в стену. Следом за ним я хватаю книгу, лежащую на тумбочке, и швыряю её в дальний угол комнаты. Хаос в голове не утихает. Я хватаюсь за голову и провожу руками по волосам, потягивая их и скрещивая в замок пальцы на затылке. Любая боль сейчас была бы наслаждением. Но как бы отчаянно я ни стискивал волосы на голове, как бы сильно ни ощущал натяжение кожи от силы захвата, это не помогает.

Становится душно. Я хватаю ртом воздух, но комната начинает кружиться. Только не снова.

Дьявол.

Паническая атака накатывает на меня. Я чувствую, как покрываюсь потом, как тело начинает ломать из-за нехватки кислорода. Закрыв глаза, я делаю глубокие вздохи, чтобы успокоиться, но тщетно. Голова продолжает раскалываться, словно её сжимают под мощным напором, пытаясь раздавить. Стук молотка. Вот на что похожа эта давящая боль в затылке. Я слышу пульсацию сердца в ушах, становящуюся всё громче и громче. Когда сил сдерживаться больше нет, пронзительный крик вырывается из горла, наполняя воздух вибрацией.

Слова Маттео не затихают. Они крутятся, как заезженная пластинка, не давая мне возможности сосредоточиться и прийти в себя. Они побуждают моих монстров действовать.

«Он выбрал свою семью! Джованни защищал вас от этого мира грязи, опасности и смертей».

Нет. Это ложь. Всё это…

Вся моя жизнь – сплошной обман. Всё, что я сделал, было ошибкой. Бессмысленно. Я потратил год на месть человеку, не виновного в смерти того, кого я называл отцом. Я разрушил то, что мог бы построить, будь я умнее и знай всё с самого начала. Будь я в курсе всей ситуации, я бы никогда так не напортачил. Никакой мести бы не было. Не этому человеку. Не таким способом. Не привлекая к этому дерьму Адриану.

Я всё испортил.

Я открываю глаза, когда ярость становится сильнее, перерастая во что-то большее, и срываю покрывало с кровати, бросая его на пол вместе с подушками. Мой голос срывается, когда крики отчаяния разносятся по всему дому, в попытке унять давящее чувство в груди. Я не контролирую себя и своё тело, когда сбрасываю на пол всё, что попадается под руку. Стеклянные пузырьки духов падают со стола и разбиваются об пол.

В этот момент я чувствую слишком много всего: гнев, раздражение, нервозность, страх, боль. Мне хочется выключить все эмоции хочется не слышать чёртов голос Маттео в своей голове в адской симфонии со звуком сирены в ушах.