Его глаза блестят, но слёз не видно. Он смотрит на меня такими печальными глазами, что моё сердце просто разрывается на куски. В них отражается боль. Я могу ощутить её каждой частичкой себя. Передо мной сидит один из самых сильных людей в моей жизни. Человек, который утешал меня в тяжёлый период, забирал всю мою боль каждый раз, когда прижимал к себе и держал в крепких объятиях, шепча слова утешения. А сейчас он выглядит опустошённым и сломленным. Однако Алессио не был таким. И я напомню ему о его силе. Я отпускаю руку и тянусь обнять его. Он сразу же обнимает меня в ответ, утыкаясь в изгиб моей шеи, и делает глубокий вдох, словно до этого ему не хватало воздуха. Я держу его крепко, поглаживая спину и запуская пальцы в его волосы, как он любит.

– Мне жаль, – мой шёпот слишком тихий, только для его души. – Мне так жаль, милый.

Алессио практически душит меня в своих объятиях, но я не против, потому что как только его броня спадает, тихий плач срывается с его губ и долетает до моего слуха. Я чувствую, как его слеза падает на мою кожу, но ничего не делаю. Я просто даю ему возможность выплеснуть из себя все негативные эмоции.

– Я держу тебя, – говорю сквозь слёзы, пытаясь быть сильной для него. – Я ни за что не отпущу тебя. Я здесь. С тобой.

Его тело сотрясается в моих руках.

Я всегда считала плачущих мужчин мифом, потому что в моём мире это было признаком слабости. Однако сейчас я не вижу ничего похожего на слабость, лишь надломленного человека, который тоже чувствует. И сейчас боль съедает его изнутри.

– Кто я такой? – спустя какое-то время спрашивает Алессио, всё так же прижимаясь к моей шее. Его слова звучат так тихо, что сначала я подумала, мне послышалось, пока он не повторяет свой вопрос чуть громче. – Кто я такой, принцесса?

Я отстраняюсь, чтобы посмотреть ему в глаза. Алессио нехотя отпускает меня и поднимает голову. Его рука тянется к лицу, чтобы стереть слёзы, но я останавливаю её. Вместо этого пересаживаюсь к нему на колени, чтобы мы были на одном уровне, и я смогла донести свои мысли. Его руки ложатся на мои бёдра, а мои – обхватывают его лицо.

– Алессио, – обращаюсь я к нему, глядя в глаза, сочетающие в себе океан и бурю, –ты мой якорь в этом мире. Самый умный, сильный, добрый и чуткий человек, которого я знаю. Твои милосердие и доброта настолько велики, что ты впустил меня в своё сердце, несмотря на твою закравшуюся обиду и злость, – мне хотелось, чтобы он понял и услышал каждое моё слово, потому в них было то признание, которое я не решилась произнести тогда в библиотеке. – Оно настолько большое, что уместило меня в себе, хотя я не заслужила этого. Твоя любовь вылечила мои раны. Она наполнила меня и заставила цвести каждую гниющую частичку внутри. Не имеет значения, какая у тебя фамилия или кто твои родители. Важно то, что ты – это ты. Такой, какой есть, которого я хочу. Которого желает моё сердце.

Из его груди вырывается тихий стон облегчения. Наши лбы соприкасаются, а его рот прижимается к моему. Я не медлю и отвечаю ему. Алессио жадно целует меня, когда его язык врывается мне в рот и соединяется с моим. На губах чувствуется солёный вкус наших слёз. Я упиваюсь каждой из них. Усаживаясь поудобнее на его коленях, я приникла к Алессио. Мои руки обводят его плечи под кожаной курткой и снимаю её, пока его гладят и сжимают мои бёдра, направляясь к ягодицам. Не прерывая наш поцелуй, я тянусь к его футболке и стягиваю её через голову. Алессио помогает мне избавиться от рубашки. Сначала его пальцы по одной расстёгивают пуговицы, но вскоре терпение мужчины лопается, и он срывает её с меня, позволив пуговицам сорваться и укатиться куда-то под кровать.

Горячий рот Алессио спускается к моей шее и, оставляя дорожку поцелуев, доходит до ямочки на ключице. Его язык скользит по этому месту, вытягивая из меня стон удовольствия.

Чувствую, как Алессио твердеет подо мной, поэтому начинаю медленно двигаться на нём. Я кладу руки ему на плечи для опоры и запрокидываю голову назад, давая полный доступ к моей шее.

Для него это что-то вроде знака, потому что он мгновенно опускает голову к моей груди и начинает целовать её. Его руки доходят до моей задницы и сжимают её, пока рот атакует мою грудь сквозь тонкую ткань кружева. Алессио всасывает мой затвердевший и жаждущий сосок в рот и тянет его, а после кусает и облизывает. Он повторяет это со вторым соском, не оставляя его без внимания. Это чертовски приятно, но мне этого мало. Однако речь сейчас не обо мне.

Наш секс бывал разным: медленным и страстным и даже злым и грубым. Но сейчас всё по-другому. Ему нужна разрядка, утешение и способ выплеснуть всё, что накопилось внутри, и если секс является этим способом, то я готова дать ему это.

Нахожу застёжку лифчика на спине. Когда он расстёгивается, Алессио зубами срывает бельё с меня, возвращаясь на мгновение к моим губам, чтобы затем вновь опуститься к груди.